Судебная практика по признанию доверенности недействительной

13.06.2018 Выкл. Автор admin

О признании недействительной нотариальной доверенности

Требования о признании недействительной нотариальной доверенности, применении последствий ничтожной сделки и совершении действий, связанных с принятием наследства, удовлетворены, поскольку на основании результатов судебно-психиатрической экспертизы оспариваемый договор дарения признан содержащим в своей основе порок воли дарителя.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

N 33-2696/2014

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего Литвиновой И. А.

судей Сопраньковой Т. Г., Емельяновой Е. А.

при секретаре П.

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы гражданского дела N 2-770/2013 с апелляционной жалобой ОАО Акционерного банка на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от по иску О. к М. о признании недействительной доверенности, применении последствий недействительности односторонней сделки, признании недействительным договора дарения квартиры, включении имущества в наследственную массу, установлении факта принятия наследства, признании права собственности на долю квартиры в порядке наследования по закону

Заслушав доклад судьи Литвиновой И. А., объяснения представителя ОАО Акционерного банка — действующего на основании доверенности от года, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя О.Э.Ш. — действующего на основании доверенности от года, полагавшего решение суда оставить без изменения, изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

установила:

О.Э.Ш. обратилась в суд с иском к М.А.Ш., в котором просила признать недействительной доверенность, удостоверенную нотариусом В.С.П. на бланке 78 АГ N от года, выданную О.Ш.М. на имя М.Н.В., применив последствия недействительности ничтожной сделки путем признания недействительным договора дарения в Санкт-Петербурге, заключенного между О.Ш.М. ( дарителем) в лице представителя М.Н.В. и О. ( М.) А.Ш. ( одаряемым); установить факт принятия наследства С.С.Б. после смерти О.Ш.М., восстановить срок для принятия наследственного имущества, открывшегося после смерти С.С.Б., установив факт принятия истцом наследства, включив в наследственную массу в Санкт-Петербурге, признать за О.Э.Ш. право собственности на ½ доли указанной квартиры.

В обоснование заявленных требований истица ссылается на то, что умер отец истца и ответчика — О.Ш.М., после смерти которого осталось наследственное имущество, а именно: в Санкт-Петербурге. Длительный период времени истица считала, что в наследственные права вступила супруга отца ( мать сторон) — С.С.Б., которая впоследствии умерла года.

В феврале 2012 года истице стало известно о том, что О.Ш.М. выдал доверенность на имя М.Н.В. ( супруги ответчика), после чего М.Н.В., действуя от имени О.Ш.М., оформила договор дарения вышеуказанной квартиры ответчику.

Кроме того, истица указывает, что в момент подписания доверенности, за несколько дней до смерти, О.Ш.М. был тяжело болен, в связи с чем не понимал значение своих действий и не мог ими руководить.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от исковые требования О.Э.Ш. удовлетворены, постановлено признать недействительной доверенность на бланке Серия 78АГ N , удостоверенную нотариусом Санкт-Петербурга В. С.П., выданную О.Ш.М. на имя М.Н.В.; применить последствия недействительности односторонней сделки — доверенности: признать недействительным договор дарения в Санкт-Петербурге от года, заключенный между О.Ш.М. и М. ( на тот момент — О.) А.Ш.; аннулировать регистрационную запись N 1084726.1 от года, произведенную ГУЮ « Городское бюро регистрации прав на недвижимость» в части регистрации права собственности М.А.Ш. на ½ доли в Санкт-Петербурге; установить факт принятия наследства С.С.Б. после смерти О.Ш.М., умершего года, включить в наследственную массу, оставшуюся после смерти С.С.Б., умершей года, в Санкт-Петербурге, восстановив О.Э.Ш. срок для принятия наследства, установить факт принятия наследства О.Э.Ш. после смерти С.С.Б., признать за О.Э.Ш. право собственности на ½ доли в Санкт-Петербурге.

В апелляционной жалобе ОАО Акционерного банка просит решение суда отменить, полагая его незаконным и вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права.

Иными лицами, участвующими в деле, решение суда не обжалуется.

В заседание суда апелляционной инстанции О.Э.Ш., М.А.Ш., нотариус В.С.П., представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Санкт-Петербургу не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах своей неявки судебную коллегию не известили, в связи с чем, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие неявившихся участников процесса.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав явившихся лиц, участвующих в деле, приходит к следующему.

Судом установлено, что О.Ш.М., являвшийся собственником общей площадью 87,4 кв. м, расположенной на 8 этаже в в Санкт-Петербурге, умер года, С.С.Б., являвшаяся супругой О.Ш.М., умерла года.

О.Э.Ш. и М. ( до перемены фамилии — О.А.Ш.) — родные брат и сестра, родителями которых являлись О.Ш.М. и С.С.Б.

Наследниками первой очереди умершего О.Ш.М. являлись С.С.Б. ( супруга), О.Э.Ш. ( дочь), О. ( М.) А.Ш. ( сын).

Спорное жилое помещение — корпус 2 по в Санкт-Петербурге, учтена на правах собственности за О. ( М.) А.Ш.

Регистрация права собственности ответчика осуществлена года, согласно выписке из ЕГРП в отношении квартиры имеется обременение права в виде ипотеки. Основанием для регистрации права является договор дарения указанной квартиры, заключенный между О.Ш.М. ( дарителем) в лице представителя М.Н.В. и О. ( М.) А.Ш. ( одаряемым), удостоверенный нотариусом В.С.П. на бланке серии 78АГ N 123517. Полномочия лица, подписавшего от имени дарителя договор дарения, определены в доверенности, удостоверенной нотариусом В.С.П. на бланке 78 АГ N от года, выданной О.Ш.М. на имя М.Н.В.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов N 2330.780.2 от посмертной судебной психиатрической экспертизы О.Ш.М. по своему психическому состоянию при подписании доверенности на право дарения в Санкт-Петербурге не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Экспертиза проведена посмертно, на основании запрошенных судом медицинских документов и материалов дела.

Разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями ч. 1 ст. 166, ч. 1 ст. 167, ст. 177 ГК РФ, оценив собранные по делу доказательства, в том числе показания свидетелей заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции исходил из того, что при выдаче доверенности на имя М.Н.В. с правом дарения спорной квартиры О.Ш.М. находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем сделка по выдаче доверенности является недействительной, договор дарения спорного имущества от года, совершенный на основании недействительной доверенности, также является недействительным, как содержащий в своей основе порок воли дарителя.

Устанавливая факт принятия наследства С.С.Б. после смерти О.Ш.М., суд исходил из того, что С.С.Б. фактически приняла наследство, открывшееся после смерти супруга О.Ш.М. Ответчик М. А.Ш. данное обстоятельство не оспаривал.

Поскольку О. Э.Ш., являющейся наследником первой очереди, также совершены действия по фактическому принятию наследства после умершей С.С.Б., судом, в силу ст. 1112, 1142, 1152, 1153 ГК РФ, обоснованно установлен факт принятия наследства, открывшегося после смерти матери.

Учитывая изложенное, а также, что наследниками первой очереди после смерти С.С.Б. являются О.Э.Ш. ( дочь), О. ( М.) А.Ш. ( сын), признав равными их доли в праве собственности на спорную квартиру, суд обоснованно признал за О.Э.Ш. право собственности на? долю в Санкт-Петербурге, в соответствии с п. 2 ст. 218, п. 1 ст. 1110, п. 4 ст. 1152 ГК РФ.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда по изложенным в решении суда мотивам.

В апелляционной жалобе ОАО Акционерного банка оспариваются выводы суда по мотиву пропуска срока исковой давности.

В соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 года N 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 года N 18 « О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, включая право заявить в суде об истечении срока исковой давности. Поэтому судам необходимо иметь в виду, что заявление о пропуске срока исковой давности, сделанное третьим лицом, не является основанием для применения судом исковой давности, если соответствующее заявление не сделано стороной по спору.

Поскольку М. А.Ш. не заявлено о пропуске срока исковой давности, у суда отсутствовали основания для применения по настоящему делу п. 2 ст. 199 ГК РФ и отказа в удовлетворении заявленных требований по мотиву истечения срока исковой давности.

Кроме того, не может послужить основанием для отмены состоявшегося решения суда ссылка в апелляционной жалобе на то, что О.Э.Ш. не являясь стороной договора дарения, не вправе оспаривать данную сделку.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. п. 34, 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года N 9 « О судебной практике по делам о наследовании» наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента ( если такая регистрация предусмотрена законом).

Граждане вправе обращаться в суд за защитой своих нарушенных и оспариваемых прав, свобод и законных интересов ( ст. 3 ГПК РФ).

Поскольку совершением оспариваемого договора дарения нарушены принадлежащие в порядке наследования после смерти О.Ш.М. права О.Э.Ш. на спорную квартиру, судебная коллегия полагает, что судом обоснованно признан недействительным договор дарения от года. Защитить свои права О.Э.Ш. могла только в порядке признания доверенности от и договора дарения от недействительными, признании принявшей наследство.

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене постановленного судом решения, поскольку сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств.

Юридически значимые обстоятельства судом установлены, нормы материального и процессуального права применены правильно, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований к отмене решения суда в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения.

Апелляционное определение СК по гражданским делам Омского областного суда от 05 марта 2015 г. по делу N 33-1555/2015 (ключевые темы: завещание — продажа квартир — квартира — сделки — наследники)

Апелляционное определение СК по гражданским делам Омского областного суда от 05 марта 2015 г. по делу N 33-1555/2015

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Ивановой В.П.

судей Утенко Р.В., Полыги В.А.

при секретаре Куяновой Д.А.

рассмотрела в судебном заседании 05 марта 2015 года

дело по апелляционным жалобам Жигаловой Т.М., Лукина М.С., Титовой О.В., нотариуса Порываевой Л.В. на решение Ленинского районного суда города Омска от 15 декабря 2014 года, которым постановлено:

«Признать недействительной доверенность от » . «., выданную Л на имя Бреусовой С. М. на продажу » . » в г. Омске, удостоверенную нотариусом Порываевой Л.В.

Признать недействительным завещание Л от » . «., удостоверенное нотариусом Порываевой Л.В.

Признать недействительными договоры купли-продажи » . » в г. Омске, заключенные » . «. между Л и Жигаловой Т. М.; » . «. между Жигаловой Т. М. и Хомченко А. Н.; » . «. между Хомченко А. Н. и Жигаловой Т. М.; » . «. между Жигаловой Т. М. и Литвиновой Ю. А.; » . «. между Литвиновой Ю. А., действующей за себя и несовершеннолетних детей Литвинова Я. В. и Литвинову Р. А., и Струниной С. М.; » . «. между Струниной С. М. и Бреусовым А. В.; » . » между Бреусовым А. В. и Титовой О. В..

Признать право собственности Лукина С. В. на » . » в г. Омске в порядке наследования».

Заслушав доклад судьи Ивановой В.П., судебная коллегия

Лукин С.В. обратился в суд с иском к Жигаловой Т.М., Хомченко А.Н., Литвиновой Ю.А., Литвинову Я.В., Литвиновой Р.А., Струниной С.М., Бреусову А.В., Титовой О.В. об оспаривании завещания, доверенности, сделок купли-продажи жилого помещения и признании права собственности в порядке наследования, указав, что вместе с родителями и младшим братом постоянно проживал с февраля 1976 г. в » . » в г.Омске. При оформлении квартиры в собственность в порядке приватизации в 1992 году по решению всех членов семьи право собственности на квартиру оформлено на отца — Л После смерти матери Л » . » и отца Л » . » он остался единственным наследником; проживает и содержит квартиру до настоящего времени. За оформлением наследства к нотариусу не обращался, в феврале 2014 г. узнал, что еще при жизни отец оформил нотариально удостоверенное завещание на данную квартиру на имя внука Лукина М.С., а также выдал нотариальную доверенность Бреусовой С.М. с правом продажи квартиры, вследствие чего спорная квартира » . » еще при жизни отца была продана Жигаловой Т.М. Однако на момент оформления доверенности и завещания Л уже несколько лет находился в тяжёлом болезненном состоянии после двух инсультов, практически не двигался. После смерти матери в » . » году он осуществлял постоянный уход за отцом. Оформить доверенность у нотариуса отец не мог в силу физического и психического состояния. Позже узнал, что в период с » . «. до настоящего времени со спорной квартирой осуществлено ещё несколько сделок купли-продажи между различными лицами. Так, » . » Жигалова Т.М. продала спорную квартиру Хомченко А.Н.; » . «. (спустя полмесяца) Жигалова Т.М. вновь купила квартиру у Хомченко А.Н. и » . «. продала ее Литвиновой Ю.А., которая, в свою очередь, » . «. продала » . » долю квартиры Литвинову Я.В. и » . » доли Литвиновой Р.А. » . «. спорную квартиру у семьи Литвиновых выкупила Струнина С.М., в дальнейшем » . «. продала ее квартиру Бреусову А.В., который » . «. продал квартиру Титовой О.В. Полагал, что указанные договоры мнимые и совершены лишь для вида, чтобы усложнить возможную процедуру их судебного оспаривания. Квартира реально ни по одной из сделок сторонами не передавалась, ключи и платёжные документы никто из ответчиков не получал, в квартире никто из них никогда не был, не пытался вселиться и зарегистрироваться.

В результате уточнения требований просил признать недействительными: завещание Л от » . «. в пользу Лукина М.С.; доверенность от » . «. на продажу квартиры, выданной Л Бреусовой С.М.; сделки купли-продажи » . » в г.Омске, заключенные » . «. между Л и Жигаловой Т.М., » . «. между Жигаловой Т.М. и Хомченко А.Н.; » . «. между Хомченко А.Н. и Жигаловой Т.М.; » . «. между Жигаловой Т.М. и Литвиновой Ю.А.; сделки купли-продажи » . » доли квартиры » . «. между Литвиновой Ю.М. и Литвиновым Я.В. и от » . «. между Литвиновой Ю.М. и Литвиновой Р.А.; сделки купли-продажи квартиры, заключенные » . «. между Литвиновой Ю.М., Литвиновым Я.В., Литвиновой Р.А. и Струниной С.М.; » . «. между Струниной С.М. и Бреусовым А.В.; » . «. между Бреусовым А.В. и Титовой О.В., а также регистрационные записи перехода права собственности в Управлении Росреестра по Омской области по всем оспариваемым сделкам; стороны вернуть в первоначальное положение; признать за ним право собственности в порядке наследования на квартиру.

В судебном заседании истец Лукин С.В. и его представитель Ястреб С.А. исковые требования поддержали, указав, что при оформлении доверенности и завещания Л не присутствовал, за него в документах расписалась старшая по подъезду Х, с которой у отца были неприязненные отношения. В документах указано, что документы оформлены в спорной квартире, однако он постоянно проживал в это время с отцом и к ним нотариус для оформления документов не приходила. Вызывает сомнение факт выдачи в один день завещания на квартиру, а потом доверенности на ее продажу, учитывая при этом, что денежных средств от продажи квартиры отец не получал. Спорные сделки с квартирами заключались в том числе для обналичивания сертификатов материнского капитала и участника Великой Отечественной войны. Доверенность на продажу квартиры и завещание составлены с грубыми нарушениями законодательства о нотариате. Указанный в завещании внук Лукин М.С. наследственное имущество не принимал, в квартире последний раз был в 2010 г., вещей после смерти дедушки не забирал.

Другие публикации:  Банкротство в березниках

Ответчик Жигалова Т.М. участия в судебном заседании не принимала, в отзыве требования не признала, указав, что при заключении договора купли-продажи квартиры передала денежные средства в размере » . » рублей, оплатила долги за коммунальные услуги. Недобросовестных действий с ее стороны при совершении сделки не было. Дееспособность Л была проверена нотариусом при оформлении доверенности и сомнений не вызвала, сведений о том, что Л был психически болен, не представлено. Рукоприкладчик в доверенности Х не является родственником Л, ее личной заинтересованности при подписании доверенности нет, установленный порядок выдачи доверенности не нарушен. Истцу было известно, что квартира продана еще при жизни Л, в связи с чем заявила о пропуске срока исковой давности.

Ответчик Лукин М.С. участия в судебном заседании не принимал, в отзыве иск не признал, указав, что доверенность и завещание были выданы его дедом осознанно в присутствии нотариуса, он находился в здравии, полностью понимал и осознавал значение своих действий. При жизни Л желал, чтобы квартира досталась внуку, поскольку у него с истцом сложились плохие отношения. После продажи квартиры получил денежные средства от покупателя. В дальнейшем именно он, его мать и бабушка ухаживали за Л, а также после его смерти оплачивали расходы, связанные с похоронами. Истец участия в похоронах не принимал, уход за Л не осуществлял, материально его никогда не содержал.

В судебном заседании представитель ответчиков Жигаловой Т.В. и Лукина М.С. — Бабичева И.А. исковые требования не признала, поддержав доводы своих доверителей, дополнительно приводя аргументы, согласно которым истец получил и в настоящее время не оспаривает доверенность, оформленную в тот же день, выданную Л истцу на право получения пенсии. Покупатель квартиры Жигалова Т.М., зная, что в ней проживает бывший хозяин квартиры с сыном, по договоренности согласилась не выселять их. Часть денежных средств, вырученных от продажи квартиры, была передана Лукину М.С., остальная часть израсходована на оплату долга по коммунальным услугам. Поскольку в дальнейшем при продаже Жигаловой Т.М. квартиры Хомченко А.Н. покупателю не понравилась квартира, то выкупила ее обратно и продала впоследствии новому покупателю. Поддержал доводы о пропуске срока исковой давности.

Ответчик Титова О.В. участия в судебном заседании не принимала.

Ее представитель Кольган С.Е. иск не признала, указав, что приобрела спорную квартиру у Бреусова А.В. для личного пользования и проживания, денежные средства переданы в полном объеме, ей были переданы ключи, спорная квартира передана по акту приема-передачи. Из-за настоящего спора у нее не имеется возможности завершить начатые ремонтные работы в квартире и заселиться, что нарушает права Титовой О.В., как добросовестного приобретателя. Доказательств того, что Жигалова Т.М., как и последующие приобретатели спорного имущества действовали недобросовестно, не представлено. Поведение истца, который не обратился после смерти отца к нотариусу в установленный законом срок для принятия наследства, прямо свидетельствует о том, что последнему было известно о продаже квартиры. Определением коллегии по гражданским делам Омского областного суда от » . «. истец был признан утратившим право пользования жилым помещением и выселен из спорной квартиры.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчиков Хомченко А.Н., Литвиновой Ю.А., Литвинова Я.В., Литвиновой Р.А., Струниной С.М., Бреусова А.В., и третьего лица нотариуса Порываевой Л.В., представителя Управление Росреестра по Омской области.

Судом постановлено изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель Жигаловой Т.В. — Бабичева И.А. просит решение суда отменить, указывая, что признавая недействительным доверенность и завещание, судом не указано, в чем именно выразилось несоблюдение порядка нотариального удостоверения данных документов, при условии, что подпись от имени Л совершена рукоприкладчиком. Указывает, что законодательством не закреплено требование о составлении текста доверенности в присутствии лица, от чьего имени она выдается, имеющим значение является лишь подписание документа данным лицом или рукоприкладчиком. Ссылается на то, что нотариус должен был быть привлечен к участию в деле в качестве ответчика, а не третьего лица. Полагает, что составление в один день доверенности и завещания не свидетельствует о пороке воли Л, так как данные документы не являются взаимоисключающими, и свидетельствуют о волеизъявлении по распоряжению имуществом. Судом не учтено, что после подписания данных документов Л в период его жизни он не оспаривал выдачу доверенности и составление завещания. Истец, оспаривая доверенность на продажу квартиры, тем не менее не оспаривает выданную в этот же день доверенность от имени Л на получение пенсии. Полагает, что оснований для признания договоров купли-продажи мнимыми, не имелось. Повторяет доводы Жигаловой Т.В. относительно оснований повторного выкупа квартиры у Хомченко А.Н. и перепродажи ее Литвиновой Ю.А., ссылается на оплату коммунальных расходов в подтверждение реальности заключенного договора. Указывает, что суд вышел за пределы требований и самостоятельно изменил основания иска, так как истец в обоснование своих требований не указывал на нарушение порядка составления доверенности и завещания. Указывает на необоснованное предоставление судом отсрочки уплаты государственной пошлины.

В апелляционной жалобе представитель Лукина М.С. — Бабичева И.А. просит решение суда отменить, приводя в обоснование отсутствия правовых оснований для признания доверенности и завещания недействительным доводы, аналогичные доводам, приведенным Бабичевой И.А. в апелляционной жалобе Жигаловой Т.В.

В апелляционной жалобе представитель Титовой О.В. — Кольган С.Е просит решение суда отменить и принять новое об отказе в удовлетворении исковых требований, повторно ссылаясь на самостоятельное изменение судом оснований иска, не указание норм права, которые были нарушены при составлении завещания и доверенности. Указывает, что судом не учтено, что истец неоднократно проходил лечение в психоневрологическом диспансере, знал о продаже квартиры при жизни отца, не заботился о нем и не принимал участие в похоронах, находился в квартире в день приезда нотариуса и удостоверения ею документов. Выводы суда о том, что ответчики квартиру не осматривали, опровергаются показаниями свидетелей. Приводит доводы, по которым полагает, что последующие сделки купли-продажи квартиры были реально совершены. Выражает несогласие с лишением судом прав в отношении спорной квартиры наследника Лукина М.С., получившего денежные средства за проданную им квартиру. Отмечает, что Л, оформляя завещание на своего внука, хотел лишить истца прав в отношении спорной квартиры, что не было учтено судом. Ссылается на нарушение судом норм процессуального права, выразившееся в том, что суд привлек к участию в деле третьих лиц, не начав при этом рассмотрение дела сначала и сославшись в решении на показания свидетеля, опрошенного до привлечения третьих лиц. Указывает, что ответчик Бреусов А.В., продавший квартиру Титовой О.В., умер в ходе рассмотрения дела, а суд не привлек к участию в дел его правопреемников. Ссылается на добросовестность приобретения Титовой О.В. спорной квартиры.

В апелляционной жалобе нотариус г. Омска Порываева Л.В. просит решение суда отменить, указывая, что суд не привлек ее в качестве ответчика, не направил ей копию искового заявления, в связи с чем она не знала, что в судебном заседании рассматривается вопрос об оспаривании удостоверенных ею завещания и доверенности. Указывает, что судом не приведены нормы права, которые были нарушены при составлении данных документов. Отмечает, что признавая недействительным доверенность, суд и истец не усомнились в действительности второй доверенности, выданной Л в тот же день и подписанной тем же рукоприкладчиком.

В возражениях на апелляционную жалобу нотариуса представитель Лукина С.В. — Ястреб С.А. указывает, что нотариус имела возможность ознакомиться с материалами дела, а признание недействительной второй доверенности на получение пенсии не имело существенного юридического значения для дела.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на жалобу, заслушав представителя Лукина М.С. и Жигаловой Т.В. — Бабичеву И.А., представителя Титовой О.В. — Кольган С.Е., нотариуса г. Омска Порываеву Л.В., поддержавших доводы жалоб, возражения представителя Лукина С.В. — Ястреба С.А., судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких оснований для отмены оспариваемого решения районного суда судебная коллегия не усматривает.

Согласно копии лицевого счета квартиросъемщика N » . » по состоянию на » . » в » . » в г. Омске были зарегистрированы и проживали: супруги Л и Л с » . » г., их сын Лукин С.В. с » . » г., и сын Л с » . » (л.д. 33 том 1)

При оформлении данной квартиры в собственность в порядке приватизации в соответствии с законом РСФСР «О приватизации жилого фонда РСФСР», с положением «О приватизации жилого фонда в г. Омске» члены семьи решили оформить квартиру на имя Л, о чем подписали соответствующее заявление от » . » (л.д.32 том 1), в связи с чем, на основании постановления главы Администрации г. Омска от » . » N » . » » . «, состоящая из » . «. передана в единоличную собственность Л, » . » года рождения, согласно регистрационному удостоверению от » . » N » . » (л.д. 29, 30,31 том 1).

Согласно свидетельству о смерти N » . » N » . » от » . » супруга Л — Л умерла » . » (л.д.6 том 1).

Их младший сын Л, » . «, умер ранее в » . «(л.д. 61, т.1).

В квартире остались проживать Л и его старший сын Лукин С.В.

Согласно свидетельству о смерти N » . » N » . » от » . » Л умер » . » (л.д. 7 том 1).

Обращаясь в суд с иском о признании сделок недействительными, Лукин С.В. указал на то, что в 2014 году ему стало известно о том, что от имени его отца Л » . » оформлены нотариальная доверенность на имя Бреусовой С.М.(родственницы его бывшей жены) на продажу их квартиры за цену и на условиях по своему усмотрению с правом подписания ею договора и акта приема-передачи, с правом получения денежных средств от продажи квартиры(л.д. 59 том 1); а также завещание, по которому отец завещал все имущество, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно не находилось, которое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, внуку Лукину М.С., » . » года рождения(л.д. 103 том 1). При этом, как в доверенности, так и в завещании имеется отметка о том, что Л грамотный, но больной; за него по его просьбе и в присутствии нотариуса доверенность и завещание подписаны рукоприкладчиком Х Доверенность, зарегистрированная в реестре за номером N » . » и завещание, зарегистрированное в реестре за номером N » . «, удостоверены нотариусом Порываевой Л.В.

Лукин С.В. полагал указанные односторонние сделки недействительными, совершенными не в результате добровольного волеизъявления его отца Л, который всегда изъявлял желание оставить квартиру после смерти ему, а иных лиц. Просил признать их недействительными по основаниям ст. 177 ГК РФ.

Непосредственно через 3 дня после оформления указанных односторонних сделок » . » от имени его отца Л, представителем по доверенности Бреусовой С.М. был оформлен договор купли-продажи квартиры, из текста которого следует, что отец продал принадлежащую ему » . » в г. Омске, за » . » (том 1 л.д. 57-58) покупателю Жигаловой Т.М. В п. 3 договора указано, что расчет между сторонами произведен полностью еще до подписания договора. Кроме того, сторонами подписан акт приема-передачи от » . «., в которой имеется отметка о том, что покупателю передан комплект ключей, квитанции об уплате платежей (том 1 л.д. 56).

В дальнейшем после оформления продажи квартиры Жигаловой Т.М. данное жилое помещение являлось предметом многочисленных сделок: в течение 4-х лет совершено 7 сделок с имуществом, последним покупателем является Титова О.В.

Поскольку отец фактически не знал о продаже квартиры; денег за нее при жизни не получал; они не выселялись из квартиры; ни один из покупателей не осматривал квартиру; ключей не получал и в квартиру не вселялся, не владел ею, полагал данные сделки мнимыми, просил признать их недействительными по основаниям статей 167 и 170 ГК РФ, а также признать право собственности на квартиру, являющуюся его единственным жильем, за ним.

Ответная сторона, возражая против заявленных требований, ссылалась на полную дееспособность Л в момент совершения распорядительных действий в отношении своего имущества, добровольное волеизъявление на оформление доверенности и завещания, соблюдение требований закона при оформлении документов, подписание их от имени Л рукоприкладчиком в силу отсутствия физической возможности подписания документов самим Л

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности ( ч. 3 ст. 67 ГПК РФ).

Рассматривая заявленные требования и оценивая имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, в том числе давая оценку показаниям свидетелей относительно болезни Л и обстоятельств, при которых были составлены доверенность и завещание, суд первой инстанции пришел к выводу, что не нашло подтверждение добровольного волеизъявления Л на выдачу доверенности на отчуждение единственного принадлежащего ему жилого помещения, а также на составления завещания, оформленного в этот же день, что является основанием для признания данных документов недействительными.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с таким выводом районного суда.

В силу п.2 ст. 154 Гражданского кодекса РФ односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

В соответствии со ст. 185 Гражданского кодекса РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами. Доверенность на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом ( ст.185.1 ГК РФ).

По правилам ст. 182 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Согласно ст. 1118 Гражданского кодекса РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Исходя из вышеперечисленных правовых норм следует, что доверенность и завещание являются односторонними сделками и могут быть оспорены по правилам главы 9 Гражданского кодекса РФ о недействительности сделок.

В соответствии с п.1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу ст. 167 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Другие публикации:  Yandex ru новости заявление

По правилам п. 2 ст. 166 ГК РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые интересы нарушены в результате ее совершения( ч. 1 ст. 177 ГК РФ).

Неспособность понимать значение своих действий или руководить ими должна иметь место в момент совершения сделки, при этом причины, вызвавшие неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими, правового значения не имеют.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке ( ч.2 ст. 167 ГК РФ).

По смыслу указанных норм закона в их совокупности юридически значимым обстоятельством при разрешении настоящего гражданского дела являлось установление обстоятельств действительного волеизъявления Л на составление доверенности на право продажи квартиры с правом получения денежных средств, а также составления завещания.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из положений ст. 1125 ГК РФ, распоряжение гражданина о судьбе своего имущества на случай смерти должно быть добровольным и отражать действительное волеизъявление завещателя.

В соответствии с ч. 1 ст. 1125 ГК РФ нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом.

В силу п. 3 ст. 1125 ГК РФ завещание должно быть собственноручно подписано завещателем. Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина.

Как установлено судом, спорная квартира являлась единственным местом жительства для Л, которому на момент оформления оспариваемых документов исполнилось » . » года и который длительное время был болен, не выходил из квартиры, с » . » года страдал » . «, что подтверждается представленной в суд медицинской документацией.

При этом, доверенность на право продажи квартиры, в которой также проживал и был зарегистрирован его единственный на тот момент сын (второй сын умер), а также завещание оформлены непосредственно после смерти близкого для Л человека — его супруги, что безусловно предполагает усугубление его болезни в связи с перенесенной утратой.

Указанное обоснованно вызвало у районного суда сомнение относительно действительного волеизъявления Л на скорую продажу квартиры при условии, что сам завещатель и доверитель был тяжело болен и иного жилого помещения для своего личного проживания не имел.

В такой ситуации для подтверждения действительного волеизъявления Л подлежало доказыванию то обстоятельство, что действия по оформлению документов, приглашению нотариуса, выбору рукоприкладчика совершались добровольно от имени самого Л, а не иных лиц. Вместе с тем, как следует из пояснений рукоприкладчика Х, ее для выполнения подписи на документов от имени Л пригласила Бу(бывшая теща истца), не приходящаяся родственником Л При этом, свидетель пояснила, что документы — завещание и доверенности были предоставлены для подписи ей уже в готовом виде, в текст данных документов уже была внесена о ней как о рукоприкладчике, документы в ее присутствии не составлялись, компьютерной техники в квартире Л не имелось. Также именно Бу привезла нотариуса для оформления документов (л.д. 108 том 2).

Несмотря на то, что законом не предусмотрено обязательное требование о составлении документов, в том числе текста доверенностей и завещания, непосредственно в момент совершения нотариальных действий, на что указывает апеллянт в жалобе, однако факт составления юридически значимых документов, направленных на распоряжение недвижимым имуществом при жизни и после смерти, в текст которых заранее внесены данные о рукоприкладчике, правомерно вызвали у суда сомнение, в том числе в вопросе действительного намерения Л на выдачу данных документов.

Согласно требований наследственного права, в случае волеизъявления лица на составление документов в силу отсутствия у него физических возможностей для их подписания именно данное лицо выбирает рукоприкладчика, которым, как правило, является близкий человек, для подписания документов. Однако в рассматриваемом деле рукоприкладчик Х была приглашена посторонним для Л лицом, при этом, как следует из пояснений свидетеля Б, являвшейся его соседкой, Х находилась в неприязненных отношениях с умершим(л.д. 107 том 2).

Как установлено в п. 42 Методических рекомендаций по удостоверению завещаний, принятию нотариусом закрытого завещания, вскрытию и оглашению закрытого завещания, утв. решением Правления ФНП от 01-02.07.2004г., подписание завещания вместо завещателя рукоприкладчиком допускается исключительно в случаях, прямо предусмотренных Гражданским кодексом РФ (ст. 1125): физические недостатки завещателя, его тяжелая болезнь или неграмотность. Завещание подписывается рукоприкладчиком по просьбе завещателя в его присутствии и в присутствии нотариуса ( п. 3 ст. 1125 ГК РФ, ст. 44 Основ).

Согласно п. 45 Методических рекомендаций, участие рукоприкладчика в процессе составления и удостоверения завещания не должно носить формальный характер и ограничиваться только подписанием завещания. Рукоприкладчик обязан ознакомиться с текстом завещания, к подписанию которого он привлечен. Если завещатель не может лично ознакомиться с текстом завещания в силу своей неграмотности или физических недостатков, убедиться, что текст завещания верно записан нотариусом, со слов завещателя, и соответствует его воле, должен рукоприкладчик.

Как следует из пояснений самой Ха, Л не смог подписать документы из-за тремора руки, в связи с чем, завещание и доверенность были подписаны ею(л.д.107 оборот).

Вместе с тем, нотариусу не могло быть известно может ли Л подписать документы. Такое обстоятельство могло быть выяснено лишь в процессе составления нотариусом документов, что еще раз ставит под сомнение тот факт, что текст доверенностей и завещания заранее был подготовлен с указанием в нем машинописным текстом положений о рукоприкладчике Х

Пояснения нотариуса о том, что после выяснения невозможности Л подписать оспариваемые документы она возвращалась в нотариальную контору для дооформления документов в печатном виде с включением в текст сведений о рукоприкладчике Х, документально не подтверждены и опровергаются пояснениями самой Х о том, что ее пригласили в качестве свидетеля поприсутствовать, но поскольку Л не смог подписать документы, то попросил ее подписать документы, поэтому она расписалась как его рукоприкладчик. Опрошенная судом Бу также подтвердила факт приглашения Х в качестве свидетеля, ей предложили расписаться, так как Л не смог расписаться сам(л.д.107,108,т.2). Обстоятельств выезда нотариуса на дом дважды никто из свидетелей не подтвердил.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда о несоблюдении правил составления, подписания и удостоверения оспариваемого завещания, что в силу прямого указания закона само по себе влечет недействительность завещания, поскольку указанные нарушения не могут быть устранены( п.1 ст.1124 ГК РФ).

Кроме того, судебная коллегия отмечает следующее.

Несмотря на то, что согласно мотивированного сообщения о невозможности дать экспертное заключение от » . » N N » . » БУЗОО » » . «» в связи с отсутствием достаточной медицинской документации на период оформления завещания » . «, в связи с чем эксперты не смогли ответить на вопрос о наличии или отсутствии у Л психического расстройства, судебная коллегия полагает, что отраженные в мотивированном сообщении данные о состоянии его физического здоровья очевидно свидетельствовали об обстоятельствах, которые ставят под сомнение добровольное волеизъявление завещателя на оформление завещания, а также выдачу доверенности на отчуждение квартиры.

Так, с » . » по » . » Л находился на лечении в » . «, был выписан с диагнозом: » . «. Периодически наблюдался у терапевта и невролога, в результате вызова врача на дом » . » установлено, что Л в контакт не вступал, от лечения отказался, установлен диагноз » . «. С » . » по » . » находился на лечении в » . «, был осмотрен врачом с жалобами на головную боль, легкое головокружение, общую слабость, недомогание, сбор анамнеза был затруднен в связи со сниженной памятью. Себя считал больным в течение 25 последних лет после перенесенного стресса, было выявлено нарушение сна, беспокойное настроение, снижение зрения, периодическая головная боль, шум в голове, мелькание «мушек» перед глазами, боли в затылочной, височной области. » . » при консультации в стационаре врачом » . » больной не ориентировался в пространстве и времени, в речевой контакт не вступал (л.д.209-212 том 1).

Наличие длительного и давнего заболевания Л, его душевного расстройства, снижение памяти было подтверждено и свидетелем Т, пояснившей, что после смерти младшего сына в » . «. Л потерял всякий интерес к жизни; не выходил из комнаты, когда к ним приходили гости, задавал несколько раз одни и те же вопросы, разговаривал сам с собой или с умершей женой, а также свидетелем Г, пояснившим, что отец истца плохо разговаривал, невнятно, заговаривался, звал умершую супругу(л.д. 107, т.2).

Несмотря на то, что Л в установленном законом порядке недееспособным признан не был и установить наличие у него каких-либо психических расстройств не удалось в связи с отсутствием медицинской документации за указанный период времени, однако общее состояние Л до даты составления документов » . «. (в т.ч. наличие у него » . «), а также после указанной даты (выявленные в 2011 году нарушения сна, снижения памяти, зрения, шум в голове, отсутствие ориентации в пространстве и времени, наличие » . «), в совокупности с тем, что фактически нотариус и рукоприкладчик были приглашены не им самим, а сторонним для него лицом Бу, которая совместно с ним никогда не проживала, помощь в уходе не осуществляла, являются достаточными доказательствами для подтверждения несоответствия волеизъявления Л его действительной воли при подписания оспариваемых документов и недействительности указанных документов.

Доводы апелляционных жалоб о том, что Бу общалась с Л, ухаживала за ним, опровергаются антисанитарным состоянием квартиры после его смерти, оформлением оспариваемых сделок непосредственно после смерти жены Л, а также недобросовестными действиями самой Бу, вложившей по ее словам денежные средства, вырученные от продажи квартиры на свой личный счет в банке.

Внук Лукин М.С. также с дедушкой не проживал и не общался с ним, что подтверждено пояснениями свидетеля Х

При совокупности вышеуказанных обстоятельств, а также утверждений стороны ответчиков о том, что и завещание, и доверенность на отчуждение квартиры имели целью передачу наследства Лукину М.С., суждение районного суда о том, что признаком подтверждения отсутствия у Л добровольного волеизъявления на составление оспариваемых документов является составление в один день » . » одновременно доверенности на продажу принадлежащей ему квартиры и завещания всего имущества, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно не находилось, которое ко дню смерти окажется принадлежащим ему на праве собственности, своему внуку, состоятельно.

Как разъяснено Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя (абзац второй пункта 3 статьи 1125 ГК РФ), требованиям, установленным пунктом 2 статьи 1124 ГК РФ; присутствия при составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей ( пункт 2 статьи 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.

Ссылки в жалобах на то, что судом в решении не приведены основания, по которым он признал порядок удостоверения доверенности и завещания нарушенным, подлежат отклонению в силу вышеуказанного.

Кроме того, признавая недействительным договор купли-продажи квартиры, заключенный » . » между Л в лице своего представителя Бреусовой С.М. и Жигаловой Т.М., суд пришел к верному выводу о мнимости данного договора, поскольку воля сторон при заключении договора не была направлена на реальное его исполнение.

Так, после заключения договора и до дня своей смерти » . » продавец Л проживал в спорной квартире вместе с истцом, иного жилого помещения на праве собственности или на ином праве не имел, ни Л, ни истец с регистрационного учета в квартире не снимались, исков к ним о выселении не предъявлялось. Несмотря на подписание акта приема-передачи, квартира не была реально передана покупателю Жигаловой Т.М., при том, что в силу ст. 556 ГК Российской Федерации передача имущества является существенным условием договора.

Л денежных средств от продажи квартиры не получал и в результате заключенной сделки лишался единственного для него жилого помещения и возможности приобрести иное недвижимое имущество для проживания за счет средств от продажи квартиры.

Несмотря на то, что в договоре в п. 3 указано, что расчет между сторонами произведен до подписания договора, фактически денежные средства по договору не передавались. Как следует из протокола судебного заседания от » . » г., Бу, являющаяся тетей представителя Л — Бреусовой С.М., сначала поясняла, что часть денежных средств за квартиру была передана внуку Лукину М.С., а часть пошла на погашение задолженности по коммунальным услугам, потом пояснила, что денежные средства лежали у нее на счете сразу после продажи квартиры, а впоследствии, через год, деньги она передала Лукину М.С. При этом, денежные средства были переданы ей на хранение Бреусовой С.М. Кроме того, из ее пояснений следует, что квартира была продана только два года назад(л.д.108,т.2).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна ( п.1 ст. 170 ГК РФ).

По смыслу указанных норм закона в их совокупности мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления стороны его подлинной воле, в связи с чем указанные обстоятельства прямо свидетельствуют о мнимости данной сделки.

Также правильно суд указал на мнимость последующих совершенных сделок, представителем сторон в большинстве из которых являлось одно и тоже лицо — Бреусова С.М.

Так, через полтора года после заключения договора купли-продажи » . » Жигалова Т.М., не вселяясь в » . » в г. Омске, продала ее по договору купли-продажи » . » Хомченко А.Н. по цене » . » рублей. В данной сделке Жигалова Т.М. участвовала через своего представителя Бреусову С.М., которая ранее представляла интересы Л (л.д.53-54 том 1)

Практически через две недели » . » Хомченко А.Н. обратно продала Жигаловой Т.М. спорную квартиру по договору купли-продажи, стоимость квартиры в договоре указана » . » рублей (том 1 л.д. 51-52).

» . » между Жигаловой Т.М. в лице представителя по доверенности Струниной (ранее Бреусовой) С.М. и Литвиновой Ю.А. заключен договор купли-продажи спорной квартиры стоимостью » . » (том 1 л.д. 48).

» . » между Литвиновой Ю.А., действующей за себя и своих несовершеннолетних детей Литвинова Я.В. и Литвиновой Р.А., и Струниной (ранее Бреусовой) С.М. заключен договор купли-продажи спорной квартиры стоимостью » . «. (том 1 л.д. 45-46).

» . «. между Струниной (ранее Бреусовой) С.М. в лице представителя по доверенности Жигаловой Т.М. и Бреусовым А.М. (сыном Струниной С.М.) заключен договор купли-продажи спорной квартиры стоимостью » . » руб. (том 1 л.д. 42-43).

Другие публикации:  Неустойка при просрочке доставки мебели

» . «. между Бреусовым А.В. и Титовой О.В. заключен договор купли-продажи спорной квартиры стоимостью » . «. (том 1 л.д. 37-39). Сторонами подписан акт приема-передачи от » . «., в которой имеется пометка о том, что покупателю передан комплект ключей, квитанции об уплате платежей (том 1 л.д. 40).

Изучив указанные сделки и признавая их недействительными, районный суд верно указал на то, что данные сделки являются мнимыми, поскольку при их заключении стороны не были намерены реально вселяться в жилое помещение, сделки не были исполнены ни одной из сторон сделок, были совершены формально.

Такой вывод суда подтверждается следующим. Спорная квартира в течение короткого времени многократно продавалась по одной и той же цене — » . » рублей, при этом 4 договора купли-продажи квартиры были заключены при жизни Л (между ним и Жигаловой Т.М., между Жигаловой Т.М. и Хомченко А.Н., обратная сделка между Хомченко А.Н. и Жигаловой Т.М., между Жигаловой Т.М. и Струниной С.М.)

Ни один из указанных выше покупателей квартиры фактически квартиру не осматривал, ключи от нее не получал, в нее не вселялся, требований о выселении Л и истца не предъявлял, то есть фактически, сделки реально не исполнялись. Сторонами договоров либо лицами, представляющими по доверенности продавцов и покупателей, неоднократно являлись Жигалова Т.М. и Бреусова (Струнина) С.М., а в последних двух сделках участвовал сын Бреусовой С.М.- Бреусов А.В.

При этом, сомнительным является факт того, что при приобретении Хомченко А.Н. квартиры » . » практически через две недели » . » она обратно продала ее по договору Жигаловой Т.М. Указание в апелляционной жалобе, что квартира была выкуплена в связи с тем, что Хомченко А.Н. не понравилось жилое помещение, представляется надуманным, так как при добросовестности действий покупателя в случаях приобретения жилого помещения в собственность покупатель сначала осматривает квартиру, а в дальнейшем ее приобретает. Обратное свидетельствует о фиктивности намерения покупателя приобрести жилое помещение в собственность.

Следует также отметить, что согласно условий договора купли-продажи от » . » Хомченко А.Н. часть денежных средств в сумме » . » рублей оплачивает за счет федеральных средств, предоставленных на основании свидетельства о предоставлении гражданину единовременной денежной выплаты на строительство или приобретение жилого помещения N » . «, выданного » . » Министерством строительства и жилищно-коммунального комплекса Омской области (л.д. 53-54 том1). Данное обстоятельство в совокупности с фактом продажи квартиры Хомченко А.Н. практически через две недели также подтверждает, что она не была намерена реально приобретать жилое помещение в собственность для проживания.

В последующем Жигалова Т.М. продала спорную квартиру Литвиновой Ю.А. по договору купли-продажи от » . » г., в п. 3 которого указано, что часть денежных средств в сумме » . » рублей передаются Жигаловой Т.М. за счет заемных средств на основании договор целевого займа, эти денежные средства перечисляются Пенсионным фондом РФ на счет ООО » » . «» на основании государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, серия N » . «, выданного » . » ГУ УПФ РФ в САО г. Омска (л.д. 45 том 1).

В дальнейшем Литвинова Ю.А. подарила по договору дарения от » . » » . » долей в праве собственности на спорную квартиру своим несовершеннолетним детям Литвинову Я.В. и Литвиновой Р.А., а в последствии » . » продала квартиру » . » Бреусовой ( Струниной) С.М., которая в свою очередь, » . » продала квартиру » . » своему сыну Бреусову А.В. Последняя сделка в отношении спорной квартиры совершена » . » между Бреусовым А.В. и Титовой О.В.

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

С учетом изложенного у районного суда имелись достаточные основания для признания указанных выше сделок ничтожными в силу их мнимости.

Доводы апеллянтов о том, что оснований для признания заключенных сделок мнимыми не имелось, договоры соответствуют требования законодательства, сделки были реально исполнены сторонами, подлежат отклонению в силу вышеизложенного.

Во всех заключенных договорах указано, что продавец подтверждает, что в квартире отсутствуют лица, сохраняющие право пользования жилым помещением, несмотря на то, что Лукин С.В. был зарегистрирован по данному месту жительства, обязательств о снятии с регистрационного учета никому не давал.

Рассматривая заявленное ответчиками ходатайство о пропуске срока исковой давности, суд пришел к верному выводу, что Лукиным С.В. срок давности для обращения в суд за зашитой нарушенных прав не пропущен, с чем нельзя не согласиться.

Согласно ч. 2 ст. 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Статьей 170 Гражданского кодекса РФ установлено, что мнимая сделка ничтожна.

Согласно правилу п.2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Суд обоснованно согласился с доводами истца о том, что ему стало известно о нарушении его прав и о заключенных сделках при рассмотрении в мировом суде иска ОАО «ТГК N11» о взыскании задолженности по оплате коммунальных услуг.

Как видно из материалов дела, ОАО «ТГК N11″ обратилось » . » с иском к Лукину С.В. и его родителям о взыскании задолженности за коммунальные услуги, новые собственники квартиры были привлечены к участию в деле по определению мирового судьи от » . «

Учитывая, что часть сделок заключалась с квартирой при жизни Л, сделки заключались при проживании в спорной квартире истца, к которому требований о выселении не предъявлялось, квартиру осматривать никто из покупателей не приходил, данные обстоятельства согласуются с доводами истца о том, что о нарушении прав истец узнал из поданного ОАО «ТГК N11» иска.

Более того, как следует из жалобы Лукина С.В., поданной в прокуратуру ЛАО г. Омска, он не знал о новых собственниках квартиры и совершенных сделках, так как документы на квартиру после смерти его матери забрала бывшая теща Бу на хранение, в дальнейшем на его звонки не отвечала (л.д.112 том 1)

Оспаривая законность принятого решения представитель Титовой О.В. — Кольган С.Е. ссылается на добросовестность приобретения Титовой О.В. спорного жилого помещения и невозможность в связи с этим признать заключенную с ней сделку недействительной.

Вместе с тем, судебная коллегия не усматривает оснований для признания Титовой О.В. добросовестным приобретателем, поскольку добросовестность при приобретении квартиры предполагает предварительный осмотр квартиры, выяснение обстоятельств кто и на каких правах проживает в квартире на момент ее продажи. Как видно из материалов дела, Титова О.В. перед приобретением квартиры ее не осматривала; при заключении договора ключи от квартиры не получала; с Лукиным С.В., зарегистрированным по данному адресу, не разговаривала и не выясняла имеется ли спор в отношении данной квартиры.

Так, сделка Титовой О.В. была заключена » . » г., и только после указанной даты Титова О.В. стала осуществлять действия про осмотру жилого помещения. Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от » . «., на телефон «02» поступило сообщение от жильца » . «, о том, что сосед из » . » просит помощи. В ходе проведенной проверки Лукин С.В. пояснил, что » . » находясь у себя дома, увидел в подъезде дома посторонних людей, о чем сообщил на телефон «02». До приезда полиции молодые люди ушли в неизвестном направлении (л.д. 85 том 1)

Ключи от квартиры Титова О.В. при заключении сделки также не получала, о чем свидетельствует постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от » . » г., согласно которому » . » от Лукина С.В. поступило заявление в полицию в отношении неизвестных лиц, которые заменили входную дверь и замки в » . » в г. Омске (л.д.109 том 1). Согласно объяснений Лукина С.В. на имя начальника ОП N 4 УМВД России по г. Омску от » . » г., в спорной квартире остались все его вещи, документы, лекарства, поэтому он вызвал слесаря для доступа в квартиру (л.д.113 том 1), а согласно объяснений Титовой О.В. » . » после того, как Лукин С.В. вскрыл дверь и проник в квартиру, она вызвала сотрудников полиции, которые задержали его в жилом помещении и доставили в отдел полиции для разбирательства (л.д.114 том 1), в этот же день ею было написано заявление в полицию о привлечении Лукина С.В. к уголовной ответственности по данному факту (л.д. 119 том 1).

Не представляется возможным согласиться с доводом апелляционной жалобы Жигаловой Т.М. о том, что она, как собственник, несла расходы по коммунальным платежам. Как верно указал суд, данная оплата произошла лишь после обращения в суд соответствующей организации с иском к ней, и лишь в части сумм, по которым не истек срок исковой давности.

Более того, как видно из определения исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка N 54 ЛАО г. Омска мирового судьи судебного участка N108 ЛАО г. Омска Цунаевой Н.В. от 17.02.20104г. принят отказ ОАО «ТГК N 11″ от требований о взыскании коммунальных услуг в отношении Жигаловой Т.М. за период с » . » по » . » г., Литвиновой Ю.А. за период с » . » по » . » г., Струниной С.М. за период с » . » по » . » г., Хомченко А.Н. за период с » . » по » . » ввиду добровольной оплаты долга до вынесения решения суда (л.д.188-189 том 1).

При этом требования предъявлялись ко всем собственникам, а не только к Жигаловой Т.М., которая оплатила долги по коммунальным платежам, предъявленные не только к ней, но и к иным собственникам сделок, доказательств обратного (что каждый ответчик оплатил приходящуюся на него часть долга) не представлено.

Ссылки апеллянтов на то, что суд должен был привлечь нотариуса в качестве ответчика, ошибочны, поскольку при оспаривании удостоверенного нотариусом завещания и доверенностей материальные права нотариуса не затронуты, в то время как исковое заявление предполагает наличие материально-правового требования к конкретному лицу. Нотариусы привлекаются в качестве ответчиком по таким делам, как о лишении права нотариальной деятельности, лишении удостоверения нотариуса, взыскании судебных расходов, о признании незаконным отказа нотариуса в совершении нотариального действия и прочее. В делах же об оспаривании документов, которые были нотариально удостоверены, нотариусы привлекаются в качестве третьих лиц и дают свои пояснения относительно обстоятельств, при которых были удостоверены соответствующие документы.

Довод о том, что нотариус не имела возможности ознакомиться с материалами дела и дать свои пояснения по делу, несостоятелен, поскольку нотариус была привлечена к участию в деле определением суда от » . » в качестве третьего лица (л.д.40 том 2), и, таким образом, с этого времени имела возможность ознакомиться с материалами дела, судом направлялись ей судебные повестки с указанием даты и времени судебных разбирательств, однако она добровольно приняла решение не участвовать в рассмотрении дела.

Ссылки апеллянтов на то, что Лукин С.В., оспаривая доверенность на право продажи квартиры, не оспаривает выданную в тот же день доверенность на право получения пенсии, не могут повлечь отмену решения суда, поскольку только истцу принадлежит право определять его материальные требования, учитывая, что именно оспариваемой доверенностью нарушаются его жилищные права в отношении единственного для него места жительства. Указанная доверенность никем не оспорена.

Подлежит отклонение мнение апеллянтов о том, что суд вышел за пределы требований и самостоятельно изменил основания иска, так как истец в обоснование своих требований не указывал на нарушение порядка составления доверенности и завещания.

Исковые требования были предъявлены Лукиным С.В. в порядке статей 167 , 170 и 177 ГК РФ о признании удостоверенных нотариусом документов недействительными, а совершенных впоследствии сделок — мнимыми, в судебном заседании представитель истца пояснял, что данные документы оспариваются в том числе по тем основаниям, что документы были подписаны Л с пороком воли, а совершенные на основании удостоверенной доверенности сделки являются мнимыми, в связи с чем районным судом в решении, наравне с иными выводами, подтверждены обстоятельства ничтожности и мнимости сделок, что повлекло удовлетворение исковых требований.

Ссылка на наличие заочного решения Ленинского районного суда г. Омска от » . » о выселении истца по иску Титовой О.В. повлечь отмену решения суда не может, поскольку указанные в данном решении обстоятельства не влияют на правильность выводов при разрешении настоящего спора.

Представляется несостоятельной ссылка представителя Бабичевой Т.М. на то, что суд необоснованно предоставил истцу отсрочку уплаты государственной пошлины, поскольку в этой части права ее доверителей не нарушены, более того, вопрос о предоставлении истцу отсрочки уплаты государственной пошлины гражданским процессуальным законодательством оставлен на усмотрение суда.

Кроме того, в силу части 6 статьи 330 ГПК РФ правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям.

Подлежат отклонению доводы апеллянта о том, что суд лишил прав наследника Лукина С.В., который получил денежные средства за квартиру, то есть фактически принял наследственное имущество, поскольку решением суда завещание признано недействительным, следовательно, оснований доказывать факт принятия наследства по признанному судом недействительным завещанию, не имелось. Поскольку в результате признания завещания и сделок купли-продажи спорного имущества недействительными, фактически единственным наследником первой очереди по закону после смерти Л является истец, суд правомерно признал за ним право собственности на » . » в г. Омске.

Указание на то, что Бреусов А.В. умер в ходе рассмотрения дела, а суд не привлек к участию в деле его наследников, не может повлечь отмену решения суда, поскольку каких-либо материальных требований непосредственно к Бреусову А.В. истец не заявлял, в связи с чем, права его возможных наследников при рассмотрении гражданского дела фактически не были нарушены.

Ссылка апеллянта на нарушение судом норм процессуального права, выразившееся в том, что суд привлек к участию в деле третьих лиц, не начав при этом рассмотрение дела сначала и сославшись в решении на показания свидетеля, опрошенного до привлечения третьих лиц, не может повлечь отмену решения суда в порядке статьи 330 ГПК РФ, поскольку данное нарушение не привело и не могло привести к неправильному рассмотрению спора.

Судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для разрешения данного дела, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Правовых доводов, которые могли бы повлиять на существо состоявшегося судебного решения и, соответственно, явиться в пределах действия ст. 330 ГПК РФ основаниями к его отмене, апелляционные жалобы не содержат и удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда

решение Ленинского районного суда г. Омска от 15 декабря 2014 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Жигаловой Т.М., Лукина М.С., Титовой О.В., нотариуса Порываевой Л.В. — без удовлетворения.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ: