Судебная практика в нсо

24.01.2018 Выкл. Автор admin

Судебная практика в нсо

подано 53 исковых заявления по возмещению ущерба, причиненного окружающей природной среде в результате незаконной охоты, из них удовлетворено 23 гражданских иска;

составлено 833 административных протокола, прекращено 42 административных дел, выявлено 791 административных правонарушений, всего привлечено к административной ответственности 764 физ. лиц, 10 должностных лиц, 3 юр. лица,

согласно постановлениям об административных правонарушениях, наложены штрафы в размере 1612, 6 тыс. руб., из них взыскано 876 тыс. руб.;

предъявлены иски о возмещении ущерба, причиненного окружающей природной среде в результате незаконной охоты, на сумму 4381 тыс. руб. ( из них по адм. делам -на сумму 240,4 тыс. руб., по уголовным делам — на сумму 4140,6 тыс. руб.), всего взыскано 1095,5 тыс. руб. (из них по адм. делам -на сумму 65,5 тыс. руб., по уголовным делам — на сумму 1025 тыс. руб.);

зарегистрировано и передано в правоохранительные органы 81 сообщений о происшествиях, предусмотренных статьей 258 УК РФ «Незаконная охота», из них возбуждено 40 уголовных дел по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1,2 ст.258 УК РФ (незаконная охота), направлено в суд 19 уголовных дел, по уголовным делам вынесено 8 приговоров, из которых 1 – оправдательный; 7 – обвинительных приговоров в отношении 8 лиц; прекращено судом в связи с деятельным раскаянием 5 уголовных дел.

Уголовные дела, по которым вынесены обвинительные акты:

Приговором мирового судьи 1-го судебного участка Доволенского судебного района Новосибирской области гражданин П.А.С. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а,б» ч. 1 ст. 258 УК РФ за отстрел трех особей косуль с применением механического транспортного средства (снегоход), назначено наказание в виде штрафа в размере 5 000 руб., взыскать в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением 260 000 руб., вещественные доказательства: снегоход « SCANDIC » возвратить законному владельцу, ружье ТОЗ-120-12М-1Е, калибра 12/76, №053221 конфисковать в собственность государства.

Приговором мирового судьи 4-го судебного участка Куйбышевского судебного района Новосибирской области гражданин П.М.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 258 УК РФ за отстрел одной особи косули, назначено наказание в виде штрафа в размере 10 000 руб., вещественные доказательства: карабин марки Вепрь-Пионер №НВ 3307 с магазином- передать в МО МВД РФ «Куйбышевский» для решения судьбы вещественного доказательства.

Приговором мирового судьи 2-го судебного участка Купинского судебного района Новосибирской области гражданин Ж.Д.С. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а,б» ч. 1 ст. 258 УК РФ за отстрел одной особи косули с применением механического транспортного средства (снегоход), назначено наказание в виде обязательных работ сроком на 220 часов, взыскать в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением 56 000 руб. в пользу Департамента по охране животного мира НСО, вещественные доказательства: ружье модели ТОЗ-34 ЕР №99512530, 12 калибра конфисковать и передать в ГУВД Новосибирской области, снегоход марки « Ski — doo mach z 800» 1998 г. выпуска, заводской №131200986 конфисковать в доход государства.

Приговором мирового судьи 2-го судебного участка Купинского судебного района Новосибирской области гражданин Ж.С.С. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а,б» ч. 1 ст. 258 УК РФ за отстрел одной особи косули с применением механического транспортного средства (снегоход), назначено наказание в виде обязательных работ сроком на 220 часов, взыскать в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением 96 000 руб. в пользу Департамента по охране животного мира НСО, вещественные доказательства: ружье модели МР 18 ММ №10018891, 12 калибра конфисковать и передать в ГУВД Новосибирской области для уничтожения, снегоход марки « YAMAHA — PHAZER 500» конфисковать в доход государства.

Приговором Татарского района Новосибирской области гр. К.Д.В. и С.А.С. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ за отстрел двух особей лис с применением механического транспортного средства (снегоход), назначено каждому наказание в виде штрафа в размере 100 000руб., взыскать в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением 600 руб. в пользу Департамента по охране животного мира НСО, вещественные доказательства: охотничье ружье марки МР-43, 12 калибра вернуть С.А.С., снегоход марки «СКИДО» конфисковать в доход государства.

Апелляционным определением Ордынского районного суда НСО от 30.09.2014г. оставлен без изменения приговор мирового судьи 1-го судебного участка Ордынского района НСО от 15.07.2014г. в отношении гр. А.В.Н., согласно которому гр. А.В.Н. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 258 УК РФ, назначено наказание в виде исправительных работ на срок 1 год 2 месяца с удержанием из заработной платы 15% в доход государства, взыскать в пользу департамента по охране животного мира НСО в счет возмещения ущерба 120 000 руб. Вещественные доказательства – карабин «Вепрь» №04 СС 7240 передать в органы внутренних дел для конфискации и обращению в доход государства.

Судебная практика в сфере земельного надзора

Судебная практика:

Судебная практика по изъятию земельных участков:

Итоги деятельности Управления
за 11 месяцев 2018 года

Проведено проверок 1 507

Проведено мероприятий в рамках постоянного контроля 418

Выявлено нарушений 2 075

Вынесено предупреждений 309

Выдано предостережений 74

Составлено протоколов 1 690

Наложено штрафов 9 528,35 тыс.руб.

346-56-28 — вопросы фитосанитарного надзора, оформление фитосанитарных сертификатов

346-56-85 — ветеринарный надзор, лицензирование фармацевтической деятельности

315-20-87 — ветеринарный надзор на границе (ввоз/вывоз)

315-28-17 — земельный надзор (земли сельскохозяйственного назначения)

304-08-70 — вопросы контроля за качеством и безопасностью зерна и продуктов его переработки и семенного контроля

В целях оперативного решения Ваших вопросов в Управлении действует «горячая» линия :

по телефону 8-923-238-0300

организовано дежурство круглосуточно в пункте пропуска Аэропорт «Толмачево»:

— здание аэровокзала международных воздушных линий (ветеринарный надзор) — телефон 216-98-77; фитосанитарный надзор (кабинет 222) – телефон 216-98-86);

— международные грузовые перевозки (ветеринарный надзор (кабинет 341) — телефон 216-94-87; фитосанитарный надзор (кабинет 339) – телефон 216-94-83).

Судебная практика в нсо

СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ НОВОСИБИРСКОГО

ОБЛАСТНОГО СУДА ПО РАССМОТРЕНИЮ

УГОЛОВНЫХ ДЕЛ В АПЕЛЛЯЦИОННОМ ПОРЯДКЕ

ЗА 2016 ГОД И 10 МЕСЯЦЕВ 2017 ГОДА

Одним из важнейших шагов в реформировании уголовно-процессуального права следует признать введение апелляционного судопроизводства по всем уголовным делам с 1 января 2013 года.

Задачи, направленные на установление единого для всех судов общей юрисдикции апелляционного порядка проверки судебных решений по уголовным делам, вызванные необходимостью повышения гарантированного Конституцией РФ и федеральными законами уровня защиты прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства, оправдывают себя.

Новые задачи, поставленные перед судами общей юрисдикции, рассматривающими уголовные дела в апелляционном порядке, подтверждают единый подход к их решению, правильное и единообразное применение уголовно-процессуальных норм и принципов, определяющих порядок апелляционного производства по уголовным делам.

Целью настоящего обобщения является необходимость проанализировать практику рассмотрения уголовных дел в апелляционном порядке на примере деятельности Новосибирского областного суда за 2016 года и 10 месяцев 2017 года для выработки единообразного понимания и применения норм закона, в условиях вновь сформированного института апелляции.

Проведенное обобщение показало, что при постановлении приговоров суды первой инстанции руководствуются разъяснениями, содержащимися в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания, от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», а также иными постановлениями, содержащими руководящие разъяснения для рассмотрения уголовных дел по отдельным категориям преступлений.

Как правило, ошибки, связанные с нарушением норм, регламентирующих порядок постановления приговора, по уголовным делам, рассмотренным за указанный период, допускались судьями в результате невнимательности или небрежности, в связи с чем нарушались требования уголовно-процессуального закона или неправильно применялся уголовный закон.

Примеров, свидетельствующих об отсутствии единства в судебном толковании требований закона, в судебной практике Новосибирской области не имеется. Напротив, проведенное обобщение показало, что сложилась единообразная практика при изложении приговоров практически по всем категориям дел.

Проведенным обобщением не установлено случаев, когда суды не приводили бы в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного по делу, рассмотренному в общем порядке, содержание исследованных доказательств, как не установлено и случаев, когда доказательства приводились бы в приговорах, постановленных в особом порядке.

При изложении доказательств в приговорах, суды раскрывают их содержание, дают им оценку, указывая, почему одни доказательства признаны судом достоверными, а другие отвергнуты.

Выводы о доказанности вины или о ее недоказанности, о квалификации действий виновных лиц, и все иные выводы, суды, как правило, мотивировали.

Между тем, проведенное обобщение показало, что в анализируемый период времени имели место ошибки, допущенные судьями при рассмотрении уголовных дел, которые повлекли изменение или отмены приговоров.

1. Общие сведения

В соответствии со статистическими данными Новосибирского областного суда в 2016 году в апелляционном порядке обжаловано 2038 приговоров в отношении 2333 лиц, за 10 месяцев 2017 года – 1648 приговоров в отношении 1947 лиц.

Количество отмененных приговоров в 2016 году составляет 121 в отношении 140 лиц, за 10 месяцев 2017 года – 71 приговор, в отношении 106 лиц.

Не все уголовные дела после отмены приговоров направлялись в суды на новое рассмотрение. Имели место случаи постановления судебной коллегией апелляционных приговоров.

Так, в 2016 году судебная коллегия по уголовным делам постановила 20 апелляционных приговоров в отношении 22 лиц, за 10 месяцев 2017 года – 23 апелляционных приговора в отношении 27 лиц.

Из числа обжалованных приговоров, постановленных судами города Новосибирска и Новосибирской области в качестве суда первой инстанции, судебной коллегий по уголовным делам Новосибирского областного суда в 2016 году отменены с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение 75 приговоров в отношении 88 лиц, что составляет 3,8% от числа обжалованных (в лицах), и за анализируемый период 2017 года – 34 приговора в отношении 56 лиц, что составляет 2,9% от числа обжалованных (в лицах).

Из числа отмененных приговоров в 2016 году отменено с направлением уголовных дел на новое рассмотрение в суд первой инстанции 9 оправдательных приговоров в отношении 9 лиц, за 10 месяцев 2017 года – 3 приговора в отношении 3 лиц.

2. Основные причины, повлекшие отмены приговоров

При разрешении вопросов об отмене приговоров и направлении уголовного дела на новое рассмотрение апелляционный суд разрешал вопрос и о том, на какую стадию разбирательства дело следует возвратить.

При этом суд исходил из требований уголовно-процессуального закона и сложившейся практики в этой области, в соответствии с которыми:

если допущено существенное нарушение закона в стадии подготовки уголовного дела к судебному заседанию, которое не может быть устранено, принималось решение об отмене приговора с направлением уголовного дела в суд первой инстанции со стадии подготовки уголовного дела к судебному заседанию. Например, приговором Заельцовского районного суда города Новосибирска от 19 сентября 2016 года Р. был осужден по ст. 264 ч. 3 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы. Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 28 ноября 2016 года приговор был отменен и дело возвращено на новое рассмотрение в тот же суд в связи с тем, что суд нарушил право потерпевшего М. на участие в судебном разбирательстве, не известив его в установленном законом порядке о времени, дате и месте слушания дела и рассмотрев дело в его отсутствие 20 июля, 8 и 23 августа 2016 года. Поскольку указанные нарушения были допущены судом на стадии подготовки к судебному заседанию, апелляционный суд возвратил данное дело на новое рассмотрение со стадии подготовки к судебному заседанию (апелляционное постановление № 22-7566 от 28 ноября 2016 года), (судьи Косилов С.Н., Горетая Л.П.),

если существенное нарушение допущено судом первой инстанции в ходе судебного разбирательства, уголовное дело направлялось также для нового рассмотрения, но уже со стадии со стадии судебного разбирательства в ином составе суда. Примером выполнения указанных требований закона является наибольшая часть обобщаемых апелляционных решений. Например, апелляционным определением от 12 декабря 2016 года было направлено на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства уголовное дело в отношении М., который был осужден приговором Ленинского районного суда города Новосибирска от 10 февраля 2016 года по ч. 4 ст. 159 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы. При этом апелляционный суд указал, что существенные нарушения уголовно-процессуального закона, повлекшие отмену приговора, допущены судом во время судебного разбирательства (апелляционное определение № 22-7416 от 12 декабря 2016 года), (судьи Чебан И.И., Гладышева И.В.),

если существенные нарушения, препятствующие разрешению уголовного дела, допущены на досудебных стадиях, суд апелляционной инстанции принимал такое же решение с направлением уголовного дела прокурору. Например, приговором Бердского городского суда Новосибирской области от 30 ноября 2016 года Л. осуждена за преступления, совершенные в сфере незаконного оборота наркотических средств к наказанию в виде лишения свободы. Апелляционным определением от 20 марта 2017 года судебная коллегия отменила приговор и направила уголовное дело прокурору города Бердска Новосибирской области в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения обнаруженных в судебном заседании препятствий к рассмотрению дела и принятию окончательного решения (апелляционное определение № 22-1536-2017 от 20 марта 2017 года), (судьи Карпова Л.В., Калиниченко М.А.),

в случае обнаружения оснований, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, для прекращения уголовного дела суд апелляционной инстанции принимал решение об отмене приговора и о прекращении уголовного дела. Например, приговором Советского районного суда города Новосибирска от 31 октября 2016 года Ю. была осуждена по ст. 232 ч. 2 УК РФ, ст. 228 ч. 1 УК РФ, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений к наказанию в виде лишения свободы. Апелляционным определением от 27 февраля 2017 года приговор в отношении Ю. отменен и производство по уголовному делу прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью Ю. (апелляционное определение № 22-1063-2017 от 27 февраля 2017 года). (судьи Гущин Г.М., Бондаренко Е.В.).

Принимая решения об отмене приговоров, и разрешая вопросы о постановлении апелляционного приговора или о направлении уголовного дела на новое рассмотрение, либо о возвращении дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ, судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда руководствовалась требованиями ст. 389.20 УПК РФ, а также положениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 26 от 27 ноября 2012 г. «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», по смыслу которых возможность отмены приговора предусмотрена в связи с необходимостью обеспечения в уголовном судопроизводстве прав, свобод и законных интересов участников уголовного судопроизводства.

Уголовно-процессуальный закон устанавливает единые основания для отмены судебных решений, указанные отмены должны иметь место лишь в тех случаях, когда имеются законные основания, которые делают недействительным само производство по уголовному делу, и постановленный приговор не может быть признан законным.

Законодатель определяет понятие существенных нарушений уголовно-процессуального закона, и приводит их перечень, в соответствии с которым, исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ, эти основания должны носить неустранимый характер.

В соответствии с ч. 2 п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», «неустранимыми в суде апелляционной инстанции следует признавать такие нарушения фундаментальных основ уголовного судопроизводства, последствием которых является процессуальная недействительность самого производства по уголовному делу (например, рассмотрение дела незаконным составом суда либо с нарушением правил подсудности)». Такие нарушения являются препятствием для вынесения любого судебного решения судом апелляционной инстанции. Эти препятствия могут быть устранены лишь в ходе нового судебного производства либо прокурором при возвращении уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ.

Изучение данных апелляционной практики за анализируемый период времени позволило выявить следующие существенные нарушения уголовно-процессуального закона, повлекших отмены приговоров и возвращение уголовного дела на новое судебное рассмотрение, которые апелляционный суд признавал неустранимыми:

— несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции,

— существенные нарушения уголовно-процессуального закона, в том числе, связанные с законностью состава суда и правомочностью должностных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу;

— существенные нарушения гарантированных уголовно-процессуальным законом прав привлекаемого к уголовной ответственности лица,

— существенные нарушения гарантированных уголовно-процессуальным законом прав иных участников уголовного судопроизводства;

— существенные нарушения уголовно-процессуального закона общих условий судебного разбирательства в суде первой инстанции,

— существенные нарушения уголовно-процессуального закона в отношении структуры и содержания приговоров.

3. Причины и примеры отмен оправдательных приговоров с направлением уголовных дел на новое рассмотрение

По смыслу ст. 389.20 УПК РФ апелляционный суд в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке может принять решение об отмене оправдательного приговора и вынесении оправдательного приговора, либо об отмене оправдательного приговора и направлении уголовного дела на новое рассмотрение при наличии к тому оснований.

Обобщение показало, что за 2016 год и за 10 месяцев 2017 года все 12 уголовных дел, по которым отменены оправдательные приговоры, направлены на новое рассмотрение в те же суды. Новых оправдательных апелляционных приговоров по данным делам не постановлено.

а) Так, приговором Калининского районного суда города Новосибирска от 06 июня 2016 года Б. оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления.

Рассмотрев уголовное дело по апелляционному представлению прокурора, судебная коллегия апелляционным определением от 28 декабря 2016 года отменила приговор, уголовное дело направила на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

Органом предварительного расследования Б. обвинялся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего С., совершенном в Калининском районе города Новосибирска.

Оправдывая Б. в совершении данного преступления, суд первой инстанции исходил из того, что Б. не признал вину в совершении преступления, его доводы не были опровергнуты, а письменные доказательства подтвердили лишь событие преступления, но не указывали на причастность Б. к совершению данного преступления.

Вместе с тем, как указала судебная коллегия в апелляционном определении, данные выводы суда являются преждевременными, поскольку суд не дал надлежащей оценки установленным обстоятельствам и каждому доказательству отдельно.

Так, апелляционный суд указал, что суд первой инстанции не проверил причин, в силу которых свидетель К. изменила свои показания и указывала на давление, под влиянием которого она дала пояснения.

Не дал суд оценки и показаниям свидетеля К., который на предварительном следствии последовательно указывал на то, что именно Б. наносил потерпевшему удары, после которых он скончался, и лишь в одном из судебных заседаний свидетель отказался от данных показаний. Между тем, после исследования его показаний во время предварительного следствия в соответствии со ст. 281 УПК РФ, свидетель К. пояснил, что изменил свои показания по просьбе другого лица в защиту Б., и достоверным следует считать все, что он пояснил во время предварительного следствия.

Не было дано судом надлежащей оценки показаниям и других свидетелей по делу, также утверждавших во время предварительного следствия то, что именно Б. наносил потерпевшему удары, и никто иной не бил его.

В нарушение требований ст. 87, 88 УПК РФ суд не проверил письменные доказательства, не сопоставив их с показаниями свидетелей, тогда как письменные доказательства содержали сведения, о которых свидетели сообщили при допросах во время предварительного следствия.

С учетом изложенного, судебная коллегия пришла к выводу о том, что суд первой инстанции при рассмотрении уголовного дела в отношении Б. не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, и не дал надлежащую оценку всем исследованным доказательствам.

(апелляционное определение № 22-7930/16 от 28 декабря 2016 года) (судьи Еремеев Д.М., Филатова А.А.).

б) Органами предварительного следствия Ф. обвинялся в совершении убийства, то есть в умышленном причинении смерти Ф.Л., совершенном в период времени с 12 часов 10 минут 26 апреля 2014 г. до 16 часов 28 апреля 2014 г. в Ленинском районе города Новосибирска.

Приговором Ленинского районного суда г. Новосибирска от 21 марта 2016 года Ф. оправдан в связи с непричастностью к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Оправдывая Ф. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд в приговоре указал на его непричастность к совершению инкриминируемого деяния, исходя из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств.

Между тем, проверив выводы суда, судебная коллегия установила, что одновременно с указанными выводами суд приводит в приговоре противоположные выводы, свидетельствующие о наличии иного основания — отсутствие события преступления.

Так, анализируя совокупность исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, суд первой инстанции нашел ее недостаточной для вывода о том, что Ф.Л. был убит другим лицом и этим лицом является подсудимый Ф. При этом суд сослался на сведения о склонности потерпевшего к суициду, в том числе признанные достоверными, и привел показания подсудимого Ф. о возможности причинения его братом Ф.Л. обнаруженных телесных повреждений самому себе с целью самоубийства, показания свидетеля Ф.Т. о том, что ее сын – Ф.Л. ранее неоднократно пытался покончить жизнь самоубийством, показания свидетеля Н. о том, что Ф.Л. рассказывал о попытках суицида в детстве и подростковом возрасте, и выводы судебно-медицинского эксперта о возможности причинения Ф.Л. самому себе колото-резаного ранения, а также о возможности образования перелома костей с сопутствующими телесными повреждениями в области лица при падении с высоты собственного роста на плоскость.

Кроме того, суд указал на противоречия между выводами судебно-медицинской экспертизы о причине смерти Ф.Л. в результате механической асфиксии и заключением специалиста.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о возможности суицида со стороны потерпевшего Ф.Л.

Не согласившись с данными выводами, судебная коллегия отменила оправдательный приговор и в апелляционном определении указала, что установив наличие противоречий между выводами судебно-медицинской экспертизы о причине смерти Ф.Л. в результате механической асфиксии и заключением специалиста, о том, что непосредственной причиной смерти явился отек легких с развитием острой дыхательной недостаточности, суд лишь сослался на эти обстоятельства, тогда как в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона должен был оценить каждое из доказательств отдельно, а затем в совокупности с другими и мотивировать свои выводы, в силу которых отвергает одно из доказательств, а другое принимает.

Кроме того, судебная коллегия указала и на то, что без должной оценки остались письменные доказательства, в том числе протокол осмотра предметов от 20 мая 2014 года, согласно которому на шприце, бумажной упаковке от шприца, ноже, изъятых в ходе осмотра места происшествия, видимых следов папиллярных узоров не обнаружено, и что изъятый нож ранее находился в квартире, где проживали Ф, за три дня до обнаружения трупа Ф.Л. подсудимый забрал его к себе в комнату, а также протокол осмотра предметов, детализация абонентского номера, находившегося в пользовании Ф, показания свидетелей Я. и Л., имеющие существенное значение для разрешения дела по существу.

Судебная коллегия также указала и на то, что ссылаясь на заключение эксперта, согласно которому при осмотре трупа Ф.Л. на правой верхней конечности обнаружена колотая «точечная ранка» в правой локтевой ямке в «проекции сосудистого пучка», покрытая темно-красной подсохшей кровью («след от инъекции»), данное повреждение образовалось от действия острого предмета, обладающего колющими свойствами, каковым является и медицинская игла, и делая вывод о том, что Ф.Л. сам ввел себе препарат, суд вместе с тем не выяснил, обладал ли он навыками введения препаратов внутривенно, и являлся ли он при этом «левшой».

Таким образом, проверив приговор на предмет его законности и обоснованности, судебная коллегия в апелляционном определении от 30 мая 2016 года указала, что приведенные нарушения уголовно-процессуального закона, являются существенными, и наряду с несоответствием выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, повлияли на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в связи с чем отменила приговор, а уголовное дело направила в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство.

(апелляционное определение № 22-3480-2016 от 30 мая 2016 года).

в) Органом предварительного следствия С. обвинялся в том, что будучи начальником отряда одной их исправительных колоний Новосибирской области, не исполнил возложенные на него приказом обязанности по соблюдению законности, прав и законных интересов осужденных 10 апреля 2015 года и совершил халатность при следующих обстоятельствах:

10 апреля 2015 года около 17 часов, находясь на рабочем месте при исполнении своих должностных обязанностей, он вызвал к себе осужденных А.А., А.П., А.А.Л., А.И., Б.А., Г.С., Г.Р., которые ранее высказывали недовольство деятельностью администрации учреждения и обращались к администрации по фактам нарушения своих прав, и в грубой форме указал, что необходимо прекратить высказывать жалобы, иначе к ним применят физическое насилие другие осужденные. При этом в кабинете в подтверждение реальности предупреждения С. о возможности избиения, находились другие осужденные — А.И.Д, Е.А., А.Р.

После указанного разговора осужденные А.А., А.П., А.А.Л., А.И., Б.А., Г.С., Г.Р. по выходу из кабинета С. в этот же день были избиты другими осужденными, и у них были обнаружены телесные повреждения различной степени тяжести, в том числе некоторым из них был причинен тяжкий вред здоровью.

В связи с этим С. обвинялся в том, что относясь к своим должностным обязанностям недобросовестно, проявляя при этом преступное легкомыслие, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения телесных повреждений осужденным, но без достаточных к тому оснований рассчитывая на предотвращение этих последствий, имея реальную возможность для надлежащего исполнения своих обязанностей, обладая необходимой квалификацией и профессиональным опытом, устранился от исполнения должностных обязанностей, не принял мер для пресечения противоправных действий осужденных, не обеспечил порядок и условия исполнения и отбывания наказания в виде лишения свободы, в нарушение требований своей должностной инструкции, УИК РФ, Конституции РФ, Закона РФ № 5471-1, инструкции о надзоре, вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе не исполнил свои обязанности по соблюдению прав осужденных, не предупредил и своевременно не разрешил возникшие конфликтные ситуации между осужденными, не обеспечил выполнение осужденными Правил внутреннего распорядка исправительного учреждения, требований иных нормативных правовых актов, регламентирующих порядок и условия отбывания наказания в виде лишения свободы, не принял меры по нейтрализации и разоблачению группировки осужденных лиц отрицательной направленности, не обеспечил безопасность осужденных, что повлекло причинение существенного нарушения законных интересов и конституционных прав осужденных на личную безопасность, охрану жизни и здоровья, а также причинение по неосторожности осужденным тяжкого вреда здоровью, и его действия следствием предлагалось квалифицировать ч. 2 ст. 293 УК РФ, как халатность, то есть неисполнение, ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного, небрежного отношения к службе, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Приговором суда С. оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления, и за ним признано право на реабилитацию.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев дело по апелляционному представлению государственного обвинителя и апелляционным жалобам потерпевших, пришел к выводу об отмене приговора ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона и за нарушением права потерпевшего на участие в судебном разбирательстве.

При этом судебная коллегия указала, что в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения, обстоятельства уголовного дела, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, предоставленные стороной обвинения, мотивы решения в отношении гражданского иска, однако описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора в отношении С. данным требованиям не соответствует, поскольку в описательно-мотивировочной части приговора суд изложил существо предъявленного С. обвинения, затем, не изложив обстоятельства уголовного дела, установленные судом, основания оправдания С. и доказательства их подтверждающие, формально привел все доказательства, которые были представлены сторонами и исследованы в судебном заседании, и затем мотивы оправдания с анализом части доказательств, представленных стороной обвинения.

Учитывая данные нарушения закона, судебная коллегия указала, что приведенные обстоятельства свидетельствуют о преждевременности выводов суда.

Кроме того, судебная коллегия указала и на то, что судом были нарушены права потерпевших на участие в судебном разбирательстве.

Так, коллегия установила, что 27 апреля 2016 года в судебном заседании с участием потерпевших Г.Р., Г.С., А.П., А.А. было окончено судебное следствие по делу, проведены судебные прения, после чего объявлен перерыв до 14 часов 30 минут 19 мая 2016 года.

При этом потерпевшие не отказывались от участия в судебном заседании 19 мая 2016 года, однако суд не принял необходимых мер к их доставке в зал судебного заседания, тогда как они не могли самостоятельно явится, поскольку отбывали наказание в местах лишения свободы, заслушал последнее слово подсудимого, удалился в совещательную комнату и по выходу из нее провозгласил приговор.

Принимая решение об отмене оправдательного приговора, апелляционный суд указал, что допущенные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, не могут быть устранены судом апелляционной инстанции, в связи с чем принял решение о направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство.

(апелляционное определение № 22-5398-2016 от 15 августа 2016 года) (судьи Исакова С.В., Голубченко Д.И.).

г) Органами предварительного следствия П. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, то есть в убийстве, совершенном при превышении необходимой обороны.

Приговором Обского городского суда Новосибирской области от 25 января 2017 года П. оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления.

Суд апелляционной инстанции, рассматривая дело по апелляционному представлению государственного обвинителя, пришел к выводу об отмене приговора ввиду существенного нарушения уголовно — процессуального закона, указав, что согласно п. 2 ч. 1 ст. 305 УПК РФ в описательно — мотивировочной части оправдательного приговора, наряду с другими данными, излагаются обстоятельства уголовного дела, установленные судом.

В соответствии с ч. 2 ст. 305 УПК РФ не допускается включение в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного. Однако суд первой инстанции данные положения уголовно — процессуального закона нарушил.

Как следует из приговора, суд изложил в приговоре существо предъявленного П. обвинения и доказательства, положенные в его основу, однако, в нарушение п. 2 ч. 1 ст. 305 УПК РФ не изложил обстоятельства уголовного дела, которые установил в судебном заседании, на основании которых сделал вывод о наличии в его действиях необходимой обороны.

Другие публикации:  Кредит под залог птс автомобиля сбербанк

Кроме того, приходя к выводу об отсутствии в действиях П. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, и, изложив в оправдательном приговоре существо предъявленного обвинения, суд указал, что органами следствия правильно установлены фактические обстоятельства дела, а все положенные в основу обвинения доказательства, являются допустимыми.

Таким образом, суд не только допустил противоречия в своих выводах, но и вопреки требованиям ч. 2 ст. 305 УПК РФ, включил в оправдательный приговор формулировки, ставящие под сомнение невиновность оправданного, поскольку фактические обстоятельства дела, изложенные в обвинительном заключении, указывают на наличие в действиях обвиняемого П. признаков объективной и субъективной сторон преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УПК РФ, но не признаки необходимой обороны.

При таких данных оправдательный приговор был отменен, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же районный суд в ином составе суда.

(апелляционное постановление № 22-1517-2017 от 05 апреля 2017 года) (судьи Бражникова А.Е., Павлова Т.В.).

Изучение приведенных и иных отмененных оправдательных приговоров и апелляционных решений о направлении уголовных дел на новое рассмотрение показало, что выводы судов первой инстанции об оправдании привлеченных к уголовной ответственности лиц являлись преждевременными, принятыми без надлежащего исследования и надлежащей оценки доказательств.

Указанные существенные нарушения не позволяли суду апелляционной инстанции делать выводы об оправдании этих лиц и, следовательно, постановить новые апелляционные оправдательные приговоры.

Принимая решения о направлении уголовных дел на новое рассмотрение суд апелляционной инстанции учитывал и то, что в соответствии с ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ апелляционный суд не вправе отменить оправдательный приговор и постановить обвинительный приговор.

Таким образом, проверенные решения апелляционного суда об отмене оправдательных приговоров и направлении уголовных дел на новое рассмотрение свидетельствуют о том, что допущенные судом первой инстанции нарушения, являлись существенными, неустранимыми при апелляционном рассмотрении, и исключающими постановление новых апелляционных приговоров.

Обобщение и анализ всех 12 апелляционных решений об отмене оправдательных приговоров, свидетельствуют о единообразной практике, сложившейся в Новосибирском областном суде, при разрешении вопросов об отмене оправдательных приговоров, постановленных судами первой инстанции и направлении уголовных дел на новое рассмотрение.

4. Причины и примеры отмен обвинительных приговоров с направлением уголовных дела на новое рассмотрение

Причинами отмен обвинительных приговоров явились различные основания, в том числе

— нарушение права подсудимого на защиту,

— нарушение права участника процесса на участие в судебном разбирательстве,

— неправильное применение уголовного закона,

— нарушение общих условий судебного разбирательства.

Одним из существенных неустранимых нарушений законодатель считает нарушение гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства и наибольшую распространенность в этой части имеет нарушение прав подсудимого на защиту, которое состоит в:

1.в избрании адвокатом позиции вопреки воле подзащитного в нарушение ст. 6 Федерального Закона № 63-ФЗ от 31 мая 2002 года «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»,

2.в не предоставлении подсудимому последнего слова,

3.в не предоставлении подсудимому и его защите времени для подготовки к судебным прениям,

4.в защите адвокатом в нарушение ч. 6 ст. 49 УПК РФ двух обвиняемых, интересы которых противоречат друг другу.

а) В качестве примера, когда право подсудимого было нарушено в связи с тем, что адвокат защищал интересы двух лиц, интересы которых противоречат друг другу, следует привести приговор Искитимского районного суда Новосибирской области от 24 марта 2017 года, которым М. осужден за совокупность преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 11 годам лишения свободы.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 28 июня 2017 года приговор отменен в связи с нарушением права подсудимого на защиту, и дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.

При этом апелляционный суд указал, что в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 72 и ч. 6 ст. 49 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого обвиняемого.

Как установлено апелляционным судом, по другому делу защиту Р., который согласно предъявленному обвинению, незаконно приобрел у М. наркотическое вещество в крупном размере, осуществляла адвокат К. При этом Р. вину признал полностью и согласился с предъявленным обвинением в части приобретения вещества именно у М.

Однако, несмотря на это, при рассмотрении дела по обвинению М., его защиту в судебном заседании 11 октября 2016 года осуществляла тот же адвокат — К. При этом М. не признавал вину в совершении преступлений, закупщиком по которым был Р.

Таким образом, суд не учел, что позиции М. и Р. противоречили друг другу, однако не принял мер к замене адвоката, чем нарушил требования п. 3 ч. 1 ст. 72 и ч. 6 ст. 49 УПК РФ.

(апелляционное определение № 22-3427- 2017 от 28 июня 2017 года). (судьи Ослопова М.А., Зыкин С.В.).

Примером такого же нарушения является приговор Первомайского районного суда города Новосибирска от 29 августа 2016 года в отношении С., П., Ш., Ш.В., Т., Г. и К., которые были осуждены за покушения и приготовления на незаконный сбыт наркотических средств, совершенные организованной группой, в особо крупном размере, не доведенные до конца по независящим от них обстоятельствам, за незаконный сбыт наркотических средств, свершенный в крупном размере, организованной группой, за незаконный сбыт наркотических средств, совершенный в особо крупном размере, организованной группой, и другие преступления.

Признав приговор суда незаконным, апелляционный суд определением от 03 апреля 2017 года отменил приговор и указал, что в нарушение п. 1 ч. 3 ст. 72 УПК РФ до осуществления защиты С., Ш., Ш.В., со дня предъявления им обвинения и до окончания предварительного следствия по настоящему уголовному делу адвокаты «…», «…» и «…» оказывали юридическую помощь другим лицам по делу, интересы которых противоречили интересам С., Ш., Ш.В.

При таких обстоятельствах апелляционный суд признал нарушенным право С., Ш., Ш.В. на защиту.

(апелляционное определение № 22-39/2017 от 3 апреля 2017 года) (судьи Лахина Е.Н., Калиниченко М.А.).

Апелляционным определением от 16 декабря 2016 года судебная коллегия отменила приговор Коченевского районного суда Новосибирской области от 29 июня 2016 года, которым Б. и Г. были осуждены по п. «а, г» ч. 2 ст. 162 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Как установлено апелляционным судом, осужденные Б. и Г. во время предварительного следствия и в судебном заседании признавали себя виновными частично, ссылаясь на то, что между ними не имелось предварительного сговора на совершение грабежа. Однако, несмотря на указанную позицию осужденного Б., адвокат «…», выступая в прениях сторон, не оспаривая доказанности вины, просила назначить Б. минимально возможное наказание, указав, что вину он признал полностью, раскаялся в содеянном, и его действия квалифицированы органом следствия правильно.

Учитывая приведенные обстоятельства, апелляционный суд пришел к выводу о том, что адвокат «…» ухудшила положение осужденного Б., избрав позицию вопреки воле подзащитного в нарушение ст. 6 Федерального Закона № 63-ФЗ от 31 мая 2002 года «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», что является нарушением права осужденного на защиту.

Данное нарушение судебная коллегия признала существенным и неустранимым в апелляционном порядке, поэтому отменила приговор суда и направила уголовное дело на новое рассмотрение.

(апелляционное определение №22-7563-2016 от 16 декабря 2016 года). (судьи Слыш Н.П., Бутина С.В.).

б ) Имел место приговор суда, который отменен в связи с нарушением права участника процесса на участие в судебном разбирательстве.

Так, приговором Коченевского районного суда Новосибирской области от 15 марта 2017 года М. осужден по ч. 1 ст. 139, ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132, п. «а» ч. 2 ст. 132, ч. 1 ст. 122 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 7 годам лишения свободы.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 14 июня 2017 года приговор отменен по доводам апелляционной жалобы осужденного ввиду существенного нарушения требований уголовно — процессуального закона.

Таким нарушением судебная коллегия признала участие в деле Т. в качестве представителя потерпевшего, тогда как ранее он принимал участие в деле в качестве свидетеля.

В обоснование принятого решения суд апелляционной инстанции указал, что при рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции интересы потерпевшей представлял Т., ранее участвовавший в производстве по данному уголовному делу в качестве свидетеля. Его показания, данные на предварительном следствии в качестве свидетеля, были оглашены в судебном заседании и положены в основу приговора.

Вместе с тем, суд не учел, что в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 72 УПК РФ представитель потерпевшего не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он ранее участвовал в производстве по уголовному делу в качестве свидетеля.

Не учел суд и разъяснений, содержащихся в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» № 17 от 29 июня 2010 года, о том, что принимая решение о допуске представителя с учетом данных о его личности, суд должен убедиться в отсутствии обстоятельств, исключающих участие в производстве по уголовному делу представителя потерпевшего с учетом положений статьи 72 УПК РФ.

Апелляционный суд также указал, что одним из участников процесса было заявлено ходатайство об отводе Т., однако в нарушение требований ст. 62 УПК РФ данное ходатайство оставлено судом без удовлетворения.

Допущенное нарушение уголовно — процессуального закона признано апелляционным судом существенным, ущемляющим права и законные интересы осужденного, повлиявшим на исход дела

(апелляционное определение № 22-2968/2017 от 14 июня 2017 года). (судьи Левковец В.В., Шайфлер И.А.).

в) Обобщение также показало, что имеют место отмены приговоров суда первой инстанции в связи с тем, что дела рассматривались незаконным составом суда.

Постановление приговора незаконным составом суда в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ является безусловным основанием для отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке. По данным обобщения, рассмотрение дела незаконным составом влекло за собой отмену состоявшегося судебного решения с возвращением уголовного дела на новое судебное рассмотрение в ином составе судей. При этом судами апелляционной инстанции незаконными признавались составы судов в случаях, когда судья ранее давал оценку уже исследовавшимся с его участием обстоятельствам по делу, тогда как судья не вправе участвовать в рассмотрении дела по существу, если ранее он уже выразил свою позицию по обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу.

Примером одного из таких нарушений является приговор Барабинского районного суда Новосибирской области от 17 октября 2016 года, по которому Б.А. осужден за ряд преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств и по совокупности преступлений ему назначено наказание в виде 9 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением от 19 декабря 2016 года приговор суда отменен в связи с тем, что дело рассмотрено незаконным составом суда, и уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

При этом апелляционный суд указал, что рассматривая дело по существу, суд нарушил требования ч. 2 ст. 61 УПК РФ, в соответствии с которой судья не может участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, если имеются иные обстоятельства, дающие основание полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела, и ч. 1 ст. 63 УПК РФ, согласно которой судья, принимавший участие в рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции, не может участвовать в рассмотрении данного уголовного дела в суде второй инстанции или в порядке надзора, а равно участвовать в новом рассмотрении уголовного дела в суде первой или второй инстанции либо в порядке надзора в случае отмены вынесенных с его участием приговора, а также определения, постановления о прекращении уголовного дела.

Как установлено апелляционным судом, Б.А. признан виновным и осужден по 1 эпизоду за сбыт К.А. через тайник-закладку у дома 11 по ул. Коммунистической в период до 12 часов 10 мнут 4 октября 2014 г. наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (другое название: AB-PINACA-CHM)- производного наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамида (другое название: AB-PINACA) массой не менее 11,3 грамма, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере. Приговором Барабинского районного суда Новосибирской области под председательством судьи «…» от 17 октября 2016 года Б.А. признан виновным и осужден по данному эпизоду по п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ.

Между тем, до постановления данного судебного решения, приговором Барабинского районного суда Новосибирской области от 3 февраля 2015 года, вступившим в законную силу, под председательством этого же судьи, К.А. был признан виновным в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта 4 октября 2014 г. в период времени до 12 часов 10 минут через тайник–закладку у д. 11 по ул. Коммунистической наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3 карбоксамид (другое название: AB-PINACA-CHM)- производного наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамида (другое название: AB-PINACA) массой не менее 11,3 грамма в крупном размере, и осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Таким образом, рассмотрение судьей «…» уголовного дела в отношении Б.А., было связано с оценкой обстоятельств, ранее уже имевших место при рассмотрении уголовного дела в отношении К.А., что является нарушением требований вышеназванных законов.

(апелляционное определение № 22-7790-2016 от 19 декабря 2016 года). (судьи Пушкарева А.П., Паршукова Е.В.).

По таким же основаниям был отменен приговор Октябрьского районного суда города Новосибирска от 18 июля 2016 года, которым С., Д. и У. были осуждены за совершение преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств к наказанию в виде лишения свободы.

Как установил апелляционный суд, С., Д. и У. обвинялись в совершении ряда преступлений, связанных с незаконным сбытом наркотических средств, в том числе в незаконном сбыте наркотического средства покупателю С.А. Дело рассмотрено судьей «…».

Между тем, ранее приговором от 14 апреля 2015 года покупатель С.А. был осужден за совершение преступления, предусмотренного ст. 228 ч. 1 УК РФ, то есть за то, что приобрел у С., Д. и У. наркотические вещества при установленных судом обстоятельствах. И уголовное дело в отношении С.А. рассмотрено было также под председательством этого же судьи «…».

В приговоре от 18 июля 2016 года, как на доказательство вины осужденных С., Д. и У., суд сослался на показания свидетелей, в том числе покупателя С.А., а также на приговор от 14 апреля 2015 года в отношении С.А.

Учитывая изложенные обстоятельства, апелляционный суд пришел к выводу о том, что приговор в отношении С., Д. и У. постановлен судьей на основании доказательств, которые ранее уже оценивались им при постановлении приговора по предыдущему уголовному делу в отношении С.А.

(апелляционное определение № 22-6393-2016 от 26 сентября 2016 года) (судьи Вьюгов Д.А., Бондаренко Е.В.).

г) Приговором Купинского районного суда Новосибирской области от 26 июля 2016 года Д. осужден по п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Дело рассмотрено в особом порядке по правилам, установленным главой 40 УК РФ.

Апелляционным постановлением судебной коллегии от 30 сентября 2016 года приговор суда отменен и уголовное дело возвращено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда в связи с нарушением судом первой инстанции уголовно-процессуального закона, регулирующего правила рассмотрения уголовных дел в особом порядке.

Отменяя данный приговор, апелляционный суд указал, что в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ установление события преступления — времени, места, способа и других обстоятельств совершения преступления входит в перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Согласно ч. 3 ст. 316 УПК РФ суд обязан проверить обоснованность обвинения, с которым согласился осужденный, а также подтверждается ли оно доказательствами, собранными по делу.

Осуждая Д., и рассматривая уголовное дело по его ходатайству в порядке гл. 40 УПК РФ, суд признал установленной дату совершения преступления – 13 мая 2016 года.

Между тем, апелляционный суд установил, что это противоречит доказательствам, собранным по уголовному делу и приведенным в обвинительном заключении, из которых усматривалась иная дата совершения преступления.

Учитывая приведенные обстоятельства, апелляционный суд указал, что при таких обстоятельствах суду следовало вынести постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения дела в общем порядке, поскольку в обоснованности предъявленного Д. обвинения и в правильности установления события совершения преступления возникли сомнения, которые невозможно устранить при рассмотрении дела в особом порядке.

Однако суд указанные обстоятельства оставил без должного внимания и вынес в отношении Д. обвинительный приговор, который апелляционный суд обоснованно признал незаконным.

(апелляционное постановление № 22-6330-2016 от 30 сентября

2016 года) (судьи Баев Ю.П., Ганина М.А.).

д) Одним из существенных нарушений уголовно-процессуального закона законодатель считает непредоставление подсудимому права на последнее слово, что прямо указано в п. 7 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ.

Однако, как показало обобщение, имеют место случаи, когда суды нарушают и эти требования закона.

Так, приговором Искитимского районного суда Новосибирской области от 23 мая 2016 года П. был осужден по ч. 1 ст. 159 УК РФ, ч. 1 ст. 166 УК РФ, ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 166 УК РФ, в соответствии со ст. 69 ч. 2 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Апелляционным постановлением от 1 августа 2016 года данный приговор суда отменен и уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

При этом судебная коллегия указала, что в нарушение требований ч. 1 ст. 293 УК РФ и ст. 377 УПК РФ, суд не предоставил подсудимому право высказать последнее слово и сразу после прений сторон, как следовало из протокола судебного заседания, удалился в совещательную комнату, по выходу из которой провозгласил приговор.

Данное нарушение признано судебной коллегией существенным и неустранимым в апелляционном порядке, поэтому отмена приговора повлекла направление уголовного дела на новое рассмотрение.

(апелляционное определение № 22-5059-2016 от 1 августа 2016 года). (судьи Ослопова М.А., Гладышева И.В.).

Анализ приведенных примеров свидетельствует о том, что практика в части признания таких нарушений неустранимыми в апелляционном порядке, является единообразной, и в этой части судебной коллегией не допускалось необоснованных случаев передачи уголовных дел на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

5. Причины и примеры отмен приговоров с вынесением новых апелляционных приговоров судебной коллегией Новосибирского областного суда

Как указано выше в 2016 году судебная коллегия по уголовным делам постановила 20 апелляционных приговоров в отношении 22 лиц, за 10 месяцев 2017 года – 23 апелляционных приговора в отношении 27 лиц.

При этом апелляционный суд руководствовался требованиями ст. 389.20 УПК РФ, в соответствии с п. 2 и 3 ч. 1 которой в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд может принять решение об отмене обвинительного приговора и о вынесении оправдательного приговора, а также об отмене обвинительного приговора и о вынесении обвинительного приговора.

Обобщение показало, что снованиями отмены приговора суда первой инстанции с вынесением апелляционного приговора являлись:

— существенные нарушения уголовно-процессуального закона,

— несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции,

— неправильное применение уголовного закона,

Из этого числа по некоторым уголовным делам обвинительные приговоры отменялись по нескольким вышеуказанным основаниям.

Наибольшее количество апелляционных приговоров было постановлено в связи с существенными нарушениями уголовно — процессуального закона и неправильным применением уголовного закона, допущенными судами первой инстанции.

Из числа новых апелляционных приговоров в 2016 году все вновь постановленные приговоры были обвинительными, а за 10 месяцев 2017 года по 19 делам вынесены обвинительные приговоры, а по 4 делам – оправдательные.

Как показало обобщение этой категории судебных решений, по всем делам нарушения уголовного и уголовно — процессуального закона, допущенные судом первой инстанции, были признаны устранимыми в суде апелляционной инстанции, а потому постановлены новые апелляционные приговоры.

Нижеприведенные судебные решения являются примерами оснований, по которым были отменены обвинительные приговоры и постановлены новые апелляционные обвинительные приговоры.

а) Существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

1. Одним из примеров, свидетельствующих о том, что приговор суда отменен в связи с тем, что были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, является приговор Первомайского районного суда г. Новосибирска от 09 июня 2016 года, которым К.К. осуждена по ч. 2 ст. 109 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии — поселения, с лишением права заниматься преподавательской, образовательной и воспитательной деятельностью с несовершеннолетними, а также занимать в организациях, осуществляющих такую деятельность, руководящие должности и должности, непосредственно связанные с обучением и воспитанием несовершеннолетних на срок 2 года.

Новосибирским областным судом 18 января 2017 года указанный приговор отменен, постановлен новый апелляционный приговор, по которому К.К. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ к 2 годам ограничения свободы, с лишением в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ права заниматься образовательной и воспитательной деятельностью с несовершеннолетними на срок 2 года.

Основанием отмены приговора явилось то, что суд первой инстанции рассмотрел уголовное дело в отношении К.К. с нарушением принципа состязательности сторон, ограничил сторону защиты в предоставлении доказательств, чем нарушил процедуру уголовного судопроизводства, что повлияло на вынесение по делу законного и обоснованного решения.

Согласно материалам дела, сторона защиты со стадии предварительного следствия выдвигала версию о том, что смерть потерпевшей П.В. произошла по причине несоответствия игрового комплекса, в ступенях которого она застряла, установленным требованиям безопасности.

Для проверки данной версии защитник «З.» заявлял ходатайство о проведении по делу судебной инженерно – технической экспертизы, в удовлетворении которого следователем было отказано в связи с тем, что это приведет к затягиванию сроков предварительного следствия.

Кроме того защитник в ходе предварительного следствия неоднократно заявлял ходатайства о производстве в детском саду № 45 выемки документов, подтверждающих приобретение детских горок и их соответствие нормам безопасности, в удовлетворении которых следователем также было отказано.

При рассмотрении дела судом первой инстанции защитником вновь было заявлено ходатайство о назначении судебной инженерно – технической экспертизы по детской горке.

Суд в удовлетворении данного ходатайства отказал, указав, что для установления обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела, специальных познаний не требуется.

Помимо этого, защитник заявлял ходатайство об истребовании из материалов гражданского дела, находившегося в производстве Первомайского районного суда города Новосибирска, заключения специалиста на предмет соответствия игрового оборудования (горки), на которой погибла П.В., требованиям ГОСТа.

Суд первой инстанции также отказал в удовлетворении данного ходатайства, мотивируя это тем, что установление соответствия требованиям ГОСТа горки, на которой погибла потерпевшая, не входит в предмет доказывания по настоящему уголовному делу.

В результате такого подхода к исследованию доказательств, фактически не располагая соответствующими доказательствами, суд в приговоре сделал вывод о том, что отсутствуют основания полагать, что в детском саду использовалось несертифицированное и несоответствующее требованиям безопасности оборудование.

Суд апелляционной инстанции не согласился с такими выводами суда, поскольку пришел к выводу, что как на стадии предварительного следствия, так и в суде первой инстанции сторона защиты была немотивированно ограничена в праве представлять доказательства, чем было нарушено право осужденной на защиту, а также были нарушены принципы справедливости и состязательности уголовного судопроизводства. Тем самым фактически не была проверена версия защиты о том, что смерть потерпевшей наступила по причине несоответствия игрового оборудования требованиям безопасности, а не в результате ненадлежащего исполнения осужденной К.К. обязанностей воспитателя.

При этом в ходе рассмотрения дела, устраняя допущенные нарушения закона, суд апелляционной инстанции истребовал дополнительные материалы – заключение специалиста и заключение эксперта из гражданского дела по иску прокурора Первомайского района г. Новосибирска к МКДОУ г. Новосибирска «Детский сад № …», мэрии г. Новосибирска, с участием третьего лица ООО «…» о запрете эксплуатации игрового оборудования и устранения недостатков, а также назначил и провел комиссионную строительно – техническую и дополнительную судебно-медицинскую экспертизы.

Полное и всестороннее рассмотрение данного уголовного дела позволило суду постановить новый апелляционный обвинительный приговор.

(апелляционный приговор № 22-23-2017 от 18 января 2017 года)

2. Приговором Калининского районного суда г. Новосибирска от 21 ноября 2016 года Р.Н. осуждена по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, с возложением на нее обязанностей.

Апелляционным приговором от 08 февраля 2017 года указанный приговор отменен и постановлен новый апелляционный приговор, по которому Р.Н. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 161 УК РФ к такому же виду и размеру наказания.

Основанием отмены приговора суда первой инстанции явилось нарушение судом первой инстанции требований ст. 297, п. 5 ст. 307, п. 3 ч.1 ст. 299 УПК РФ, а также п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре».

Как установлено апелляционным судом, описав преступное деяние, совершенное Р.Н., суд не указал о квалификации действий осужденной по какой-либо статье Уголовного кодекса РФ и не привел в этой части каких-либо обоснований.

Данное нарушение было устранено апелляционным судом путем постановления нового апелляционного приговора.

(апелляционный приговор № 22-455-2017 от 08 февраля 2017 года) (судьи Морозова Е.Н., Титова Т.В.).

3. Приговором Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 10 августа 2016 года Б. осужден по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Новосибирским областным судом 07 ноября 2016 года указанный приговор отменен и постановлен новый апелляционный приговор, которым Б. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к той же мере наказания.

Принимая такое решение, суд апелляционной инстанции сослался на существенное нарушение уголовно – процессуального закона — ст. 240 УПК РФ, которое выразилось в том, что в приговоре в качестве доказательства виновности Б., наряду с другими доказательствами, положены его показания в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого. Однако из протокола судебного заседания было установлено, что данное доказательство не было исследовано в судебном заседании.

Суд апелляционной инстанции исследовал вышеуказанный протокол допроса осужденного и постановил новый обвинительный приговор, устранив допущенное нарушение.

(апелляционный приговор № 22-6991-2016 от 07 ноября 2016 года). (судьи Косилов С.Н., Гладышева И.В.)

4. Приговором Краснозерского районного суда Новосибирской области от 20 апреля 2016 года Б. признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 228 УК РФ, к 3 годам 2 месяцам лишения свободы за каждое, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ – к 3 годам 4 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ – к 3 годам 5 месяцам лишения свободы.

Дело рассмотрено в особом порядке.

27 июня 2016 года суд апелляционной инстанции отменил вышеуказанный приговор в связи с существенным нарушением норм уголовно – процессуального закона — ст. 316 УПК РФ, указав следующее:

органами предварительного следствия Б. обвинялся в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотических средств в крупном размере: в начале сентября 2015 года (первое преступление), в третьей декаде декабря 2015 года (второе преступление).

Действия Б. органами предварительного следствия по каждому преступлению квалифицированы по ч. 2 ст. 228 УК РФ как незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обвинение, с которым согласился Б., обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, вместе с тем квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 228 УК РФ за каждое преступление как незаконное приобретение и хранение без цели сбыта ни наркотических средств в крупном размере, а частей растений, содержащих наркотические средства, в крупном размере.

Тем самым суд допустил противоречие в своих выводах об обоснованности обвинения, вышел за пределы предъявленного обвинения, нарушив требования ст. 316 УПК РФ.

Указанное нарушение было устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, постановлен новый апелляционный приговор.

(апелляционный приговор № 22-4132-2016 от 27 июня 2016 года). (в приговоре не указан федеральный судьи и судья докладчик).

5. 05 октября 2016 года суд апелляционной инстанции Новосибирского областного суда отменил приговор Сузунского районного суда Новосибирской области от 17 июня 2016 года в отношении Я., осужденного по п. «в, г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (эпизод № 1) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (эпизод № 2) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 228 УК РФ (эпизод № 3) к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, а на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, к 4 годам лишения свободы. В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.

Основанием к отмене приговора послужило нарушение судом первой инстанции положений ст. ст. 73, 307 УПК РФ.

При этом апелляционный суд исходил из того, что хищение чужого имущества — материальный состав преступления, обязательным признаком которого является наступление общественно опасных последствий в виде причинения собственнику реального материального ущерба, размер которого определяется стоимостью изъятого преступником имущества.

В связи с этим в обвинительном приговоре должны подробно излагаться объективная сторона совершенных осужденным преступлений, общая сумма похищенного имущества, поскольку это относится к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу.

Однако судом первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора при изложении фактических обстоятельств совершения осужденным указанных краж не указаны последствия преступных действий в виде причинения значительного ущерба потерпевшим.

Кроме этого, по факту хищения имущества, принадлежащего потерпевшему М. (эпизод № 2) суд не указал общую стоимость похищенного имущества, тогда как в обвинительном заключении указано по второму эпизоду обвинения, какое конкретно имущество похищено, его стоимость и общая сумма похищенного.

Допущенные нарушения устранены путем постановления нового апелляционного обвинительного приговора.

(апелляционный приговор № 22-6482-2016 от 5 октября 2016 года). (судьи Федоров С.Т., Калиниченко М.А.).

Другие публикации:  Стресс и развод

б) Несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела

1.Примером нарушений указанного характера, в связи с которыми приговоры были отменены и постановлены новые апелляционные приговоры, является приговором Ленинского районного суда г. Новосибирска от 21 июня 2016 года, которым Н. осуждена по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Новосибирским областным судом 17 января 2017 года указанный приговор отменен и постановлен новый апелляционный приговор, по которому Н. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Основанием отмены приговора суда первой инстанции явилось несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, которое заключалось в следующем:

выводы о виновности Н. в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего Ю., опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть последнего, суд сделал, в том числе, на основании выводов судебно-медицинского эксперта.

Вместе с тем, выводы эксперта в основной и дополнительной экспертизах относительно возможности получения Ю. телесных повреждений, расцененных как тяжкий вред здоровью, повлекших смерть потерпевшего, при падении с высоты собственного роста, содержали существенные противоречия.

Учитывая, что выводы эксперта о механизме образования телесных повреждений потерпевшего имели существенное значение для правильного разрешения уголовного дела, то они подлежали тщательной проверке и оценке, однако судом первой инстанции этого сделано не было.

Судом апелляционной инстанции назначена и проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, приговор отменен, постановлен новый обвинительный приговор с учетом выводов комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

(апелляционный приговор № 22-25-2017 от 17 января 2017 года). (судьи Дмитревский П.Л., Паршукова Е.В.).

в) Неправильное применение уголовного закона

1.Приговором Ленинского районного суда города Новосибирска от 01 декабря 2016 года И. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Новосибирским областным судом 15 марта 2017 года указанный приговор отменен и постановлен новый апелляционный приговор, по которому И. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, и ему назначено более строгое наказание – в виде 9 лет 1 месяц лишения свободы.

Основанием к отмене приговора суд апелляционной инстанции указал неправильное применение уголовного закона и назначение несправедливого наказания вследствие чрезмерной мягкости.

Судом объективно установлено, что И. в ходе ссоры с Л. на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, но, не желая причинения смерти, умышленно нанес тростью не менее восьми ударов в жизненно-важный орган – голову, чем причинил потерпевшей телесные повреждения, которые расцениваются как тяжкий вред здоровью, опасный для ее жизни, и которые повлекли наступление смерти.

Однако, квалифицируя действия осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ, суд первой инстанции упустил квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия».

Допущенное нарушение закона устранено судом апелляционной инстанции путем вынесения нового обвинительного приговора.

(апелляционный приговор № 22-958-2017 от 15 марта 2017 года). (судьи Тхор К.Г., Пудовкина Г.П.).

2. Приговором Новосибирского районного суда Новосибирской области от 21 декабря 2015 года П. осужден по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 290 УК РФ (в редакции Федерального закона № 40-ФЗ от 08 марта 2015 года), ч. 2 ст. 290 УК РФ к 4 годам лишения свободы со штрафом в размере 2 000 000 рублей, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе сроком на 3 года.

23 марта 2016 года суд апелляционной инстанции Новосибирского областного суда отменил вышеуказанный приговор в связи с неправильным применением уголовного закона, согласившись с доводами государственного обвинителя о необоснованной переквалификации действий осужденного с п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ на ч. 2 ст. 290 УК РФ.

В обоснование принятого решения судебная коллегия указала, что между П. и С. имелась договоренность, согласно которой подсудимый получил денежные средства в сумме 60 000 рублей, а оставшуюся часть в сумме 100 000 рублей в виде поощрения он должен был получить к 01 апреля 2015 года; это было заранее оговорено между ними по телефону 16 декабря 2014 года, а также непосредственно при личной встрече 18 декабря 2014 года. Исходя из этого умысел П. был направлен на получение взятки на всю сумму – 160 000 рублей, что позволяет отнести ее размер к крупному.

Апелляционный суд также указал: то обстоятельство, что П. не успел получить оставшиеся 100 000 рублей в связи с задержанием его сотрудниками полиции и пресечением преступной деятельности, не влияет на вышеуказанный вывод, так как по смыслу закона, если должностное лицо намеревалось получить взятку в крупном размере, однако фактически принятое незаконное вознаграждение не образовало указанный размер, то содеянное надлежит квалифицировать как оконченное получение взятки в крупном размере.

Апелляционным приговором Новосибирского областного суда от 23 марта 2016 года П. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, ч. 1 ст. 290 УК РФ (в редакции Федерального закона № 40-ФЗ от 08 марта 2015 года), по совокупности которых на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ ему назначено наказание в виде 7 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права занимать должности на государственной службе сроком 3 года, со штрафом в размере 2 400 000 рублей.

(апелляционный приговор № 22-2122-2016 от 23 марта 2016 года). (судьи Хохлова Н.А., Павлова Т.В.).

г) Несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела

и неправильное применение уголовного закона

Как было указано выше, имели место случаи отмены приговоров, постановленных судами первой инстанции, не по одному, а по двум основаниям.

1.Так, приговором Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 16 марта 2016 года Г. осуждена за одно преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 160 УК РФ — за присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновной, к 1 году ограничения свободы, с последующим освобождением от наказания и снятием судимости на основании акта об амнистии.

Суд апелляционной инстанции Новосибирского областного суда 08 июня 2016 года отменил вышеуказанный приговор в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и неправильным применением уголовного закона.

Как установлено апелляционным судом, согласно приговору, Г. признана виновной и осуждена за то, что в период с 15 июля 2014 года по 27 января 2015 года, имея единый преступный умысел, похитила путем присвоения денежные средства, поступившие в счет оплаты абонементов за посещение ООО «…» …», а также денежные средства, поступившие в счет оплаты за оказание рекламных услуг, причинив своими действиями ООО «…» …» ущерб на общую сумму 372 000 рублей. Все действия Г. судом первой инстанции расценены как одно продолжаемое преступление, предусмотренное ст. 160 УК РФ.

Проанализировав доказательства по делу и обстоятельства совершения Г. преступлений, апелляционный суд пришел к выводу о том, что Г. совершила 6 самостоятельных преступлений, при этом ее умысел на совершение преступлений формировался в каждом случае самостоятельно после поступления предложений от каждого из потерпевших.

Апелляционным приговором апелляционной инстанции Новосибирского областного суда Г. признана виновной в совершении 6 преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160 УК РФ, за каждое из которых ей назначено наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с материальной ответственностью, сроком на 3 года, по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ — в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с материальной ответственностью, сроком на 3 года 6 месяцев.

(апелляционный приговор № 22-3385-2016 от 8 июня 2016 года). (судьи Лазарева Г.Г., Волосская И.И.).

2. Приговором Татарского районного суда Новосибирской области от 19 февраля 2016 года М. признан виновным и осужден по п. «б» ч. 1 ст. 258 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей, по ч. 1 ст. 318 УК РФ к штрафу в размере 150 000 рублей, а по совокупности этих преступлений на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ — к штрафу в размере 200 000 рублей.

22 августа 2016 года суд апелляционной инстанции Новосибирского областного суда отменил вышеуказанный приговор ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона.

Так, суд первой инстанции по эпизоду № 1 признал М. виновным в незаконной охоте, совершенной с применением механического транспортного средства, при этом квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 1 ст. 258 УК РФ – «с причинением крупного ущерба», из обвинения исключил, как не нашедший своего подтверждения, т.к. доказательств добычи какого-либо животного М. не имеется, и определить ущерб не представляется возможным.

Кроме того, суд исключил из обвинения М. действия, направленные на поиск, выслеживание и добычу путём производства не менее одного выстрела из имеющегося у него при себе охотничьего огнестрельного оружия особи сибирской косули, а также последующие его действия, когда М. разделал убитую им особь сибирской косули, мясо которой погрузил в автомобиль и стал транспортировать до момента изъятия незаконно добытых охотничьих ресурсов.

Также суд исключил из обвинения М. ссылку на наличие у него умысла на незаконную охоту, а именно добычу косули сибирской, указав, что не установлено, на поиск какого конкретно животного был направлен умысел осужденного. При этом суд установил, что М. умышленно осуществил поиск животного путем освещения местности электрическим фонарем с целью последующей добычи путем производства выстрелов из охотничьего огнестрельного оружия.

Между тем, апелляционный суд установил, что указанные выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, содержат существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о виновности осужденного, правильность применения уголовного закона.

С учетом этого, принимая во внимание то, что обвинение по п. п. «а, б» ч. 1 ст. 258 УК РФ неразрывно связано с обвинением М. по ч. 1 ст. 318 УК РФ, суд апелляционной инстанции отменил приговор в полном объеме и постановил новый обвинительный приговор, которым признал М. виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. п. «а, б» ч. 1 ст. 258 УК РФ и ч. 1 ст. 318 УК РФ, по совокупности которых на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ назначил наказание в виде штрафа в размере 220 000 рублей.

(апелляционный приговор № 22-3072-2016 от 22 августа 2016 года). (судьи Майорова Т.Ю., Зыкова Т.В.).

д) Существенное нарушение уголовно-процессуального закона

и неправильное применение уголовного закона.

Обобщение выявило еще несколько приговоров судов первой инстанции, которые были отменены по двум основаниям – в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и в связи с неправильным применением уголовного закона.

1.Например, приговором Ленинского районного суда г. Новосибирска от 08 февраля 2017 года А. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы, по ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний — к 11 годам лишения свободы.

Судом апелляционной инстанции Новосибирского областного суда 23 июня 2017 года указанный приговор отменен, постановлен новый апелляционный приговор, по которому А. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы, ч. 4 ст. 111 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы, а по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ — к 11 годам лишения свободы.

Основанием к отмене приговора суд апелляционной инстанции указал существенное нарушение уголовно – процессуального закона — п. 5 ст. 304, п.п. 3, 6 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, и неправильное применение уголовного закона.

Так, во вводной части приговора в нарушение п. 5 ст. 304 УПК РФ суд не указал пункт части 4 статьи 162 УК РФ, а именно пункт «в», хотя согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительному заключению А. обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111 УК РФ и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

В описательно-мотивировочной части приговора суд пришел к выводу о доказанности вины А. в нападении в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (разбой), а также в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Суд квалифицировал действия А. по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ и по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Однако в резолютивной части приговора суд признал А. виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111 УК РФ и ч. 4 ст. 162 УК РФ, назначив ему наказание по ч. 4 ст. 111, ч. 4 ст. 162 УК РФ.

Таким образом, суд в нарушение п. 3 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части приговора не указал пункт части 4 статьи 162 УК РФ, соответствующий содеянному.

Следовательно, суд признал А. виновным в совершении преступления и назначил ему наказание за преступление, которое не предусмотрено уголовным законом, а также допустил противоречия между описательно-мотивировочной и резолютивной частями приговора.

Помимо этого, в нарушение п. 6 ч. 1 ст. 308 УПК РФ суд не указал в резолютивной части приговора вид исправительного учреждения, в котором должен отбывать наказание осужденный, хотя в описательно-мотивировочной части приговора суд пришел к выводу о том, что наказание в виде лишения свободы осужденному надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Кроме того, суд первой инстанции, признав осужденного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в описательно-мотивировочной части приговора допустил противоречия в выводах о форме вины А. по отношению к последствию в виде смерти потерпевшего.

Так, установив, что по отношению к смерти потерпевшего осужденный действовал в форме неосторожности, выразившейся в виде небрежности, суд вместе с тем привел описание неосторожной формы вины в виде легкомыслия.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что судом первой инстанции допущены существенные нарушения уголовно-процессуального и уголовного законов, повлиявшие на законность и обоснованность приговора.

Приговор был отменен, суд апелляционной инстанции устранил допущенные нарушения путем вынесения нового судебного решения –постановления обвинительного приговора.

(апелляционный приговор № 22-3089-2017 от 23 июня 2017 года). (судьи Кашина Е.В., Пудлина А.О.).

2. 20 марта 2017 года судебной коллегией Новосибирского областного суда отменен и приговор Сузунского районного суда Новосибирской области от 18 ноября 2016 года, которым С. был осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

В обоснование принятого решения судебная коллегия указала, что С. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, то есть в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотических средств в крупном размере. В описательно – мотивировочной части приговора суд также квалифицировал действия С. по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Однако в резолютивной части приговора, в противоречие выводам, изложенным в описательно – мотивировочной части приговора, суд признал С. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, в связи с чем назначил ему и чрезмерно мягкое наказание.

Данное нарушение уголовного и уголовно – процессуального закона признано устранимым судом апелляционной инстанции путем постановления нового приговора. Апелляционным приговором Новосибирского областного суда от 20 марта 2017 года С. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, на основании которой ему назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы.

(апелляционный приговор № 22-1492-2017 от 20 марта 2017 года). (судьи Акимов А.А., Филатова А.А.).

е) Существенное нарушение уголовно – процессуального закона,

неправильное применения уголовного закона

и несправедливость приговора — 3 основания отмены приговора.

Из проведенного обобщения установлено, что в практике судов Новосибирской области и города Новосибирска имеет место приговор, который был отменен по трем основаниям – в связи с существенным нарушением уголовно – процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью приговора.

Так, судом апелляционной инстанции Новосибирского областного суда 16 марта 2016 года отменен приговор Сузунского районного суда Новосибирской области от 21 января 2016 года, которым П. осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы.

В обоснование своих выводов суд апелляционной инстанции указал, что в ходе предварительного следствия и в судебном заседании было установлено, что умысел на кражу принадлежащего потерпевшему К. автомобиля у П. возник в тот момент, когда потерпевший уснул. С целью реализации преступного умысла П., введя в заблуждение свидетеля Д., приехал на 9 километр трассы «Сузун – Черепаново», где находился принадлежащий потерпевшему автомобиль, который с помощью эвакуатора под управлением Д. похитил и распорядился по своему усмотрению.

Однако при описании преступного деяния суд не указал данные обстоятельства, существенно изменив предъявленное обвинение, в результате чего в приговоре фактически отсутствует часть описания преступного деяния, признанного доказанным.

Кроме того, рецидив преступлений, установленный приговором, не был признан судом в качестве отягчающего обстоятельства, что повлекло назначение несправедливого наказания.

Допущенные нарушения были устранены при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции путем постановления нового обвинительного приговора, которым П. признан виновным по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы.

(апелляционный приговор № 22-1929-2016 от 16 марта 2016 года) (судьи Бонецкая О.В., Ситникова Л.М.).

Необходимо отметить в качестве примеров обвинительные приговоры судов первой инстанции, отмененные апелляционным судом в связи несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела , после чего были постановлены апелляционные оправдательные приговоры.

1.Приговором Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 18 октября 2016 года Д. осуждена за совокупность двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (в редакции ФЗ № 324 от 03 июля 2016 года) к 10 месяцам исправительных работ с удержанием 10% заработной платы в доход государства условно с испытательным сроком один год.

Новосибирским областным судом 13 января 2017 года указанный приговор отменен и постановлен новый апелляционный приговор, по которому Д. оправдана в совершении вышеуказанных преступлений на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях составов указанных преступлений.

Основанием отмены приговора суда первой инстанции явилось несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Так, суд первой инстанции при осуждении Д. установил, что она, являясь начальником городского отделения почтовой связи № 126 Новосибирского почтамта — обособленного структурного подразделения Управления федеральной почтовой связи Новосибирской области – филиала Федерального государственного унитарного предприятия «…», то есть лицом, осуществляющим функции должностного лица по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, наделенным организационно – распорядительными функциями и полномочиями в государственном учреждении, реализуя возникший у нее умысел на получение взятки в виде денег за незаконные действия в пользу взяткодателя, 12 ноября 2015 года, используя свои служебные полномочия и служебное положение вопреки установленному порядку, из корыстных побуждений получила от свидетеля Н. денежные средства в сумме 1.000 рублей лично за незаконное распространение рекламной корреспонденции. 07 декабря 2015 года совершила такие же действия с той же целью, лично получив от Н. за распространение рекламной продукции 3.000 рублей.

Суд апелляционной инстанции с такими выводами не согласился, указав, что они не подтверждаются доказательствами, а, кроме того, такие действия Д. нельзя признать преступными.

В обоснование принятого решения судебная коллегия указала, что осуждая Д., суд первой инстанции пришел к выводу о том, что она согласно должностной инструкции наделена полномочием принимать решения, имеющие юридическое значение, влекущие за собой юридические последствия, следовательно, является должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные функции в государственном учреждении, не обладая при этом полномочием заключать договоры с физическими и юридическими лицами на предоставление услуг по распространению рекламной корреспонденции, оказала гражданину Н. эту услугу в нарушение установленного порядка – в отсутствие договора с Управлением федеральной почтовой связи Новосибирской области – филиала Федерального государственного унитарного предприятия «…».

Между тем, согласно уголовному закону, взяткополучателем признается должностное лицо, иностранное должностное лицо либо должностное лицо публичной международной организации. Должностными лицами признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно — хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, государственных корпорациях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.

Под организационно-распорядительными функциями следует понимать полномочия должностного лица, которые связаны с руководством трудовым коллективом государственного органа, государственного или муниципального учреждения (его структурного подразделения) или находящимися в их служебном подчинении отдельными работниками, с формированием кадрового состава и определением трудовых функций работников, с организацией порядка прохождения службы, применения мер поощрения или награждения, наложения дисциплинарных взысканий и других полномочий.

К организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия.

Исходя из содержания должностной инструкции начальника городского отделения почтовой связи № 126 Новосибирского почтамта – обособленного структурного подразделения Управления федеральной почтовой связи Новосибирской области – филиала Федерального государственного унитарного предприятия «…», вопреки выводам суда, Д. не была наделена и не обладала полномочиями принимать решения, имеющие юридическое значение и влекущие за собой юридические последствия.

То, что Д. по должностной инструкции обязана обеспечивать работу обособленного структурного подразделения по оказанию услуг почтовой связи, исполнению услуг связи, договорных и дополнительных услуг установленного стандарта на обслуживаемой территории, осуществлять распределение работников обособленного структурного подразделения по рабочим местам и контролировать выполнение ими должностных обязанностей и выполнять иные трудовые функции, о которых суд указал в приговоре, не может свидетельствовать о наделении ее организационно-распорядительными полномочиями.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09 июля 2013 года № 24, принятие должностным лицом денег, услуг имущественного характера и т.п. за совершение действий (бездействие), хотя и связанных с исполнением его профессиональных обязанностей, но при этом не относящихся к полномочиям представителя власти, организационно-распорядительным либо административно-хозяйственным функциям, состава получения взятки не образует.

С учетом установленных обстоятельств и приведенных выше требований закона, судебная коллегия пришла к выводу о том, что Д. субъектом преступлений, в совершении которых она обвинялась, и за которые осуждена, не является и в этой связи оправдала по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ — вследствие отсутствия составов преступлений в ее действиях.

В связи с оправданием Д. судебная коллегия в соответствии со ст. 134 УПК РФ признала за ней право на реабилитацию.

(апелляционный приговор № 22-32-2017 от 13 января 2017 года) (судьи Гриценко М.И., Прокопова Е.А.).

2. Новосибирским областным судом 03 февраля 2017 года отменен приговор Колыванского районного суда Новосибирской области от 01 ноября 2016 года, которым И. осужден по ч. 2 ст. 160 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год, с освобождением от наказания на основании акта об амнистии.

Судом первой инстанции было установлено, что потерпевший А. передал подсудимому И. в пользование (вверил виновному) на десять дней шесть двухкорпусных ульев на сумму 4 320 рублей, один однокорпусный улей стоимостью 520 рублей, а также 130 сотовых рамок, находящихся в ульях, стоимостью 16 рублей каждая, всего на сумму 2 080 рублей. По истечении обоюдно оговоренного между А. и И. десятидневного срока по возврату указанного имущества, И. имущество не вернул, а продолжил им пользоваться в своих целях. В период с октября 2010 года по 17 декабря 2012 года А. неоднократно обращался к И. с законными требованиями о возврате своего имущества, вверенного И. во временное пользование и ответственное хранение, но получал отказ по надуманным основаниям. Таким образом, по мнению суда первой инстанции, законное владение вверенным И. имуществом стало противоправным, и И. начал совершать действия, направленные на обращение указанного имущества в свою пользу. Всего преступными действиями И. потерпевшему А. был причинен материальный ущерб в сумме 6 920 рублей, который для него является значительным.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав материалы дела, пришел к выводу о том, что положенные в основу обвинительного приговора доказательства, как каждое в отдельности, так и в своей совокупности не свидетельствуют о виновности И. в совершении им преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 160 УК РФ, поскольку стороной обвинения не доказан умысел И. на присвоение вверенного ему имущества.

По смыслу ст. 160 УК РФ присвоение состоит в безвозмездном, совершенном с корыстной целью, противоправном обращении лицом вверенного ему имущества в свою пользу против воли собственника.

Между тем, таких обстоятельств по делу не установлено.

Показания И. о том, что улья ему были переданы А. в дар, а не во временное пользование, судом первой инстанции не опровергнуты, а напротив, подтверждаются показаниями свидетелей, которые суд не привел в приговоре и не дал им надлежащей оценки.

Проанализировав доказательства, которые не были оценены в приговоре, суд апелляционной инстанции указал, что вывод суда первой инстанции о том, что улья и сотовые рамки были переданы И. на срок 10 дней, является предположением, не подтвержденным в судебном заседании.

Поскольку выводы суда не подтверждались доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, и в приговоре не приведено мотивов, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие, приговор отменен на основании п. 1 ст. 389.15, 389.16 УПК РФ, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Допущенное нарушение устранено при рассмотрении дела в апелляционном порядке — суд апелляционной инстанции отменил обвинительный приговор и вынес оправдательный приговор, которым И. оправдан по ч. 2 ст. 160 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

(апелляционный приговор № 22-250-2017 от 3 февраля 2017 года). (судьи Ермаков С.Н., Павлова И.В.).

Таким образом, обобщение указанной категории показало, что принятые апелляционным судом решения об отмене приговоров судов первой инстанции и о постановлении новых обвинительных или оправдательных приговоров по вышеприведенным примерам и аналогичным им, не вызывают споров среди судей судебной коллегии.

6. Примеры спорных вопросов, возникающих при признании существенных нарушений закона неустранимыми.

Как показало обобщение имеют место случаи, когда остаются спорными вопросы о признании тех или иных нарушений неустранимыми в апелляционном суде.

Следует отметить, что судьями судебной коллегии учитываются требования главы 45.1 УПК РФ, а также рекомендации Верховного Суда РФ, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 ноября 2012 года N 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции».

Причины, по которым судом апелляционной инстанции не может быть устранено допущенное судом первой инстанции нарушение, что в соответствии с ч. 1 ст. 389.22, ч. 2 ст. 389.24 УПК РФ влечет отмену приговора с передачей дела на новое судебное разбирательство, указываются в апелляционных определениях и постановлениях.

Лишь в единичных случаях апелляционный суд не указывал почему допущенные нарушения не могут быть устранены в апелляционном порядке.

Например, апелляционный суд не указал, что не могут быть устранены в апелляционном порядке допущенные нарушения закона и поэтому дело направляется в суд на новое рассмотрение, в следующих апелляционных решениях:

— № 22-1517-2017 от 5 апреля 2017 года в отношении Подфигурного Р.Г.

— № 22-973-2017 от 15 марта 2017 года в отношении Полещука С.В.,

— № 22-458-2017 от 6 февраля 2017 года в отношении Дамирова Т.Д.о,

— № 22-4830-2016 от 1 августа 2016 года в отношении Уждавиной Л.И.,

Вместе с тем, как выявило обобщение за анализируемый период времени апелляционный суд принимал судебные решения, которыми в одном случае допущенные судом первой инстанции нарушения признавались неустранимыми, приговор отменялся и уголовное дело направлялось на новое рассмотрение, а в других — аналогичные нарушения признавались устранимыми и выносился новый апелляционный приговор.

а) Например, приговором Железнодорожного районного суда города Новосибирска от 12 января 2017 года П. был осужден по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Судебная коллегия по уголовным делам 4 июля 2017 года отменила указанный приговор и постановила новый апелляционный приговор, которым также признала П. виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ и назначила наказание в виде лишения свободы.

Основаниями для отмены приговора суда первой инстанции послужило несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, установленным судом.

Как указал апелляционный суд, одним из доказательств, подтверждающих виновность осужденного, суд первой инстанции признал протокол предъявления лица для опознания.

Между тем, ссылаясь на данное доказательство, суд его не исследовал и оценки ему не дал.

Кроме того, в нарушение п. 2 ч. 1 ст. 307 УПК РФ суд не указал в приговоре и другие доказательства, в силу которых пришел к выводу о доказанности вины осужденного.

Признав указанные нарушения существенными, апелляционный суд пришел к выводу о том, что они устранимы в апелляционном порядке, поэтому отменив приговор суда первой инстанции, не направил уголовное дело на новое рассмотрение, а постановил новый апелляционный приговор.

(апелляционный приговор № 22-3499-2017 от 4 июля 2017 года). (судья федерального суда не указан, судьи апелляционного суда – Карлова И.Б., Попова И.М., Павлова И.В., докладчик не указан).

Прямо противоположное решение принял апелляционный суд по аналогичным основаниям, установленным при рассмотрении уголовного дела по апелляционной жалобе осужденного Л., который был осужден приговором Заельцовского районного суда города Новосибирска от 7 октября 2015 года по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Апелляционным определением от 27 января 2016 года судебная коллегия отменила указанный приговор и направила дело в тот же суд на новое рассмотрение.

Основаниями для отмены приговора апелляционный суд признал несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, установленным судом.

Так, судебная коллегия указала, что признавая Л. виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего:

— суд в приговоре не дал оценки показаниям осужденного от 8 февраля 2015 года,

Другие публикации:  Экспертиза признания отцовства

— суд не привел в приговоре и не дал оценки показаниям потерпевшей Л.Т., которые она дала в судебном заседании, а также не в полном объеме изложил в приговоре результаты освидетельствования Л.,

— не привел в приговоре доказательство, исследованное в судебном заседании – заключение эксперта № 4128 от 18 июня 2015 года, и не дал оценки этому доказательству.

Ссылаясь на данные нарушения закона, апелляционный суд указал, что они неустранимы в апелляционном порядке, а потому уголовное дело необходимо направить на новое рассмотрение, при котором суду первой инстанции следует проверить и оценить доказательства и принять итоговое решение.

Причины, по которым нельзя устранить эти нарушения апелляционный суд в своем решении не привел.

(апелляционное определение № 22-110-2016 от 27 января 2016 года). (судья Пудовкина Г.П.).

Аналогичным примером является апелляционное определение судебной коллегии от 23 мая 2016 года.

Из данного судебного решения видно, что приговором Чулымского районного суда Новосибирской области от 18 января 2016 года У. осужден за два преступления по ч. 3 ст. 30 — п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 2281 УК РФ, за три преступления – по ч. 3 ст. 30 — п. «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, за два преступления по ч. 1 ст. 30 — п. «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, к 14 годам лишения свободы, на основании ч.5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 30 июня 2015 года, к 20 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением от 23 мая 2016 года приговор суда был отменен и уголовное дело направлено в тот же суд на новое рассмотрение в ином составе суда.

Отменяя приговор, судебная коллегия также как и в предыдущем примере указала, что снованием для отмены является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, установленным судом.

К таким нарушениям судебная коллегия отнесла следующие обстоятельства:

— по эпизоду 1 покушения на незаконный сбыт аналога наркотического средства 10 мая 2014 года, суд сослался на заключение эксперта № 3047 от 30 июня 2014 года (т. 6 л.д. 7-14), на Постановление Правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002 (т. 3 л.д. 26), справку ЗАО «КИВИ-Банк» от 12 сентября 2014 года (т. 3 л.д. 66), справку ЗАО «Эр-Телеком Холдинг» от 15 января 2015 года ( т. 7 л.д. 117), постановление о передаче результатов оперативно-розыскной деятельности следователю от 10 июня 2015 года (т. 3 л.д. 173), справку ОАО «Сбербанк России» от 21 ноября 2014 года (т. 5 л.д. 225-229), на протоколы осмотра предметов от 6 мая 2015 года (т. 4 л.д. 116-119) и от 10 июня 2014 года (т. 3 л.д. 175-250, т. 4 л.д. 1-44),

— по 2 эпизоду покушения на незаконный сбыт аналога наркотического средства 21 мая 2014 года суд сослался на постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия от 10 мая 2014 года (т. 3 л.д. 9-10), постановление Правительство РФ от 1 октября 2012 года № 1002 (т.3 л.д. 158), справку ЗАО «КИВИ-Банк» от 12 сентября 2014 года (т. 3 л.д. 66), справку ЗАО «Эр-Телеком Холдинг» от 15 января 2015 года (т. 7 л.д. 117), постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности следователю от 10 июня 2015 года (т. 3 л.д. 173), на протокол осмотра предметов от 10 июня 2014 года (т. 3 л.д. 175-250, т. 4 л.д. 1-44),

— по 3 эпизоду покушения на незаконный сбыт наркотического средства 23 сентября 2014 года суд сослался на постановление о проведении проверочной закупки наркотических средств от 23 сентября 2014 года (т. 5 л.д. 11), рапорт и расписку оперативного сотрудника о получении денег для проведения проверочной закупки наркотического средства (т. 5 л.д. 12, 13), справку ЗАО «КИВИ-Банк» от 31 декабря 2014 года (т. 5 л.д. 136), ответ на запрос ОАО «Сбербанк России» (т. 7 л.д. 132), на акты добровольной выдачи от 23 сентября 2014 года (т. 5 л.д. 20-22), на заключение экспертов № 6709 от 12 декабря 2014 года по веществу, добровольно выданному закупщиком (т. 6 л.д. 38-45), на заключение экспертов № 6709 от 12 декабря 2014 года по веществу, добровольно выданному закупщиком (т. 6 л.д. 38-45), заключение эксперта № 6732 от 19 ноября 2014 года по изъятым сим-картам (т. 7 л.д. 5-22),

— по 4 эпизоду покушения на незаконный сбыт наркотического средства 24 сентября 2014 года суд сослался на заявление Б. о желании выступить покупателем наркотического средства (т. 21 л.д. 49), чек, добровольно выданный Б. (т. 1 л.д. 56), на заключение эксперта № 6441 от 19 декабря 2014 года об исследовании выданного вещества (т. 6 л.д. 54-61), заключение эксперта № 6732 от 19 ноября 2014 года (т. 7 л.д. 5-22),

— по 5 эпизоду приготовления к незаконному сбыту аналога наркотического средства 2 октября 2014 года суд сослался на заключение экспертов № 6710 от 24 ноября 2014 года по исследованию изъятого вещества (т. 6 л.д. 69-76), заключение эксперта № 6732 от 19 ноября 2014 года по исследованию сим-карт (т. 7 л.д. 5-22),

— по 6 эпизоду покушения на незаконный сбыт аналога наркотического средства 13 октября 2014 года суд сослался на заявление Я. о желании выступить покупателем наркотического средства (т. 1 л.д. 171), рапорт и расписку о получении денег для проведения проверочной закупки наркотических средств (т. 1 л.д. 172, 173), и на ряд других доказательств,

— по 7 эпизоду приготовления к незаконному сбыту наркотического средства 29 октября 2014 года суд сослался на заключение эксперта по изъятому у У. веществу (т. 6 л.д. 101-107).

Однако, как установил апелляционный суд, в судебных заседаниях указанные доказательства не исследовались.

Кроме того, судебная коллегия указала, что не исследование в судебном заседании подписок экспертов, в которых им разъясняются права и ответственность экспертов, предусмотренные ст. 57 УПК РФ и они предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, и которые являются составными частями приведенных выше заключений экспертов, указывает на то, что в судебном заседании суд фактически не проверил допустимость данных доказательств.

Указала судебная коллегия и на то, что суд не всем доказательствам дал оценку, например, «по эпизодам 3, 4, 5, 6, 7 суд в качестве доказательства виновности осужденного У. в совершении преступлений сослался на протокол осмотра СД-диска, поступившего из ОАО «Сбербанк России», на котором имеется видеофайл, из которого следует, что 9 сентября 2014 года У. при помощи банковской карты получал деньги из банкомата в г. Каргате (т. 7 л.д. 133-134). При этом не понятно, каким образом данный факт подтверждает совершение У. преступлений связанных с незаконным оборотом наркотических средств и их аналогов 23, 24 сентября, 2, 13, 29 октября 2014 года.».

Сослался апелляционный суд и на то, что в приговоре приведены показания свидетелей Л. и П., которые указали на непричастность осужденного к совершенным преступлениям, однако оценки этим показаниям судом не дано.

Приведя указанные обстоятельства, апелляционный суд пришел к выводу о том, что эти нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными и не могут быть устранены судом апелляционной инстанции, поскольку не имелось апелляционного повода, так как апелляционные жалобы не содержат доводов об отмене приговора и вынесении нового обвинительного приговора, а апелляционное представление по данным основаниям не вносилось. По мнению апелляционного суда в данном случае постановление нового обвинительного приговора судом апелляционной инстанции нарушит принцип состязательности сторон в уголовном процессе.

(апелляционное определение № 22-3244-216 от 23 мая 2016 года). (судья Голубченко Д.И.).

Еще одним примером судебного решения, когда апелляционный суд отменил приговор и направил уголовное дело на новое рассмотрение, является апелляционное определение судебной коллегии от 21 октября 2016 года.

Данным определением судебная коллегия отменила приговор Сузунского районного суда Новосибирской области от 26 октября 2016 года, которым Г. и У. были осуждены по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ, п. «а, б, в» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 167 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Отменяя приговор, апелляционный суд указал, что в нарушение требований уголовно-процессуального закона, в подтверждение вины Г. и У., суд сослался в приговоре на доказательства, которые не были исследованы в судебном заседании – явка с повинной, заключение судебно-психиатрической экспертизы, показания осужденного У. в качестве подозреваемого и обвиняемого, потерпевших П. и Л.

При этом судебная коллегия отметила, что данные нарушения закона привели к несоответствию выводов суда о доказанности вины осужденных, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, установленным судом, и эти нарушения не могут быть устранены в апелляционном порядке.

Между тем, оснований по которым апелляционный суд не может устранить приведенные нарушения, судебная коллегия в своем решении не привела.

(апелляционное определение № 22-6705-2016 от 21 октября 2016 года). (судья Попова И.М.).

Таким же примером является апелляционное определение судебной коллегии от 3 мая 2017 года, которым отменен приговор Железнодорожного районного суда города Новосибирска от 30 января 2017 года.

Данным приговором Н. был осужден по ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30 – ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Отменяя приговор, судебная коллегия также указала, что суд первой инстанции нарушил требования уголовно-процессуального закона, сославшись в приговоре на доказательства, не исследованные в судебном заседании, и эти нарушения не могут быть устранены в апелляционном порядке.

Но при этом коллегия не указала причин, по которым не имела возможности исследовать доказательства в апелляционном порядке и постановить новый приговор.

(апелляционное определение № 22-2284-2017 от 3 мая 2017 года). (судья Пудовкина Г.П.).

б) Приговором Ленинского районного суда города Новосибирска от 21 июня 2016 года Н. была осуждена по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Судебная коллегия 17 января 2017 года отменила указанный приговор и постановила новый апелляционный приговор, которым признала Н. виновной по ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначила ей наказание в виде лишения свободы.

Основанием для отмены приговора послужили допущенные судом первой инстанции нарушения требований уголовно-процессуального закона, поскольку суд не дал надлежащей оценки проверенным доказательствам, признал достоверными взаимоисключающие выводы эксперта о степени тяжести, характере и локализации телесных повреждений, обнаруженных при исследовании трупа.

При этом апелляционный суд указал, что вместе с тем, указанные выводы эксперта о механизме образования телесных повреждений потерпевшего имели существенное значение для правильного разрешения данного уголовного дела и подлежали тщательной проверке и оценке, в том числе путем проведения повторной экспертизы трупа, что судом 1 инстанции сделано не было.

Однако судебная коллегия признала допущенные нарушения закона устранимыми путем вынесения нового судебного решения с учетом выводов назначенной и проведенной повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, поэтому не направила уголовное дело на новое рассмотрение.

Рассматривая дело в апелляционном порядке, и проверяя представленные доказательства, апелляционный суд назначил и провел повторную комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, оценил все доказательства по правилам ст. 87 и ст. 88 УПК РФ, и вынес новый апелляционный приговор, назначив осужденной справедливое наказание.

(апелляционный приговор № 22-25-2017 от 17 января 2017 года). (судья Паршукова Е.В.).

Из уже приведенного в данном обобщении выше апелляционного приговора от 18 января 2017 года, которым судебная коллегия отменила приговор Первомайского районного суда от 9 июня 2016 года в отношении К.К., осужденной по ч. 2 ст. 109 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы и дополнительному наказанию, следует, что основными причинами отмены приговора явились нарушения уголовно-процессуального закона, которые привели к ненадлежащей оценке проверенных доказательств.

В частности апелляционный суд установил, что суд первой инстанции ограничил сторону защиты в предоставлении доказательств, поскольку отказал в удовлетворении ходатайств о назначении и проведении экспертиз по делу, о выемке документов, об истребовании из материалов гражданского дела заключения специалиста на предмет соответствия игрового оборудования, на котором погибла П.В., требованиям ГОСТа, тогда как проверка версии защиты имела существенное значение для разрешения дела по существу.

В связи с указанными нарушениями апелляционный суд признал приговор суда необоснованным, незаконным и подлежащим отмене.

Однако, отменив приговор, судебная коллегия не возвратила уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав, что обнаруженные нарушения закона устранимы в апелляционном порядке, а постановила новый апелляционный приговор.

При этом апелляционный суд, устраняя допущенные нарушения закона, истребовал дополнительные материалы, а также назначил и провел комиссионную строительно – техническую и дополнительную судебно-медицинскую экспертизы, что отвечает требованиям уголовно-процессуального закона.

(апелляционный приговор № 22-23-2017 от 18 января 2017 года). (судья Голубченко Д.И.).

Между тем, судебная коллегия принимала иные решения при наличии аналогичных нарушений, допущенных судом первой инстанции.

Так, например, приговором Татарского районного суда от 28 сентября 2016 года Г. осужден по ч. 2 ст. 228 и ч. 1 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Рассматривая дело по апелляционной жалобе осужденного, судебная коллегия установила, что приговор подлежит отмене в связи с тем, что суд первой инстанции не проверил обстоятельства, имеющие существенное значение и не дал исследованным доказательствам оценки.

При этом апелляционный суд указал следующее:

как следует из приговора, Г. в конце ноября 2015 года в вечернее в установленном месте, действуя умышленно, незаконно собрал, то есть приобрел верхушечные части и листья растения конопля, которое является наркотическим средством каннабис (марихуана), массой 115,3 грамма в высушенном состоянии, в крупном размере, которое он незаконно хранил в указанном заброшенном нежилом доме для личного употребления без цели сбыта до 16 июня 2016 года, когда данное наркотическое средство было обнаружено и изъято сотрудниками полиции. За эти действия он был осужден по ст. 228 ч. 2 УК РФ.

Между тем, судебная коллегия нашла эти выводы преждевременными, составленными без учета и оценки всех доказательств, представленных обвинением и без учета обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, поскольку суд не учел показаний осужденного Г. о том, что о совершенном преступлении он рассказал, когда находился под стражей, и указал где хранится это вещество, а из материалов дела было видно, что во время заявления он действительно отбывал наказание в местах лишения свободы за другое преступление.

Из материалов уголовного дела следует, что с 28 марта 2016 года Г. отбывает наказание в местах лишения свободы по приговору Татарского районного суда Новосибирской области от 28 марта 2016 года, соответственно в июне 2016 года находился под стражей.

Согласно рапорту оперуполномоченного от 16 июня 2016 года в ОУР МО МВД России «Татарский» появилась оперативная информация о том, что осужденный Г., находясь на свободе, незаконно хранил наркотическое вещество каннабис по улице Грибоедова, 10 в городе Татарске Новосибирской области. Данная информация была зарегистрирована для последующей проверки за № 1867 от 16 июня 2016 года.

Как следует из рапорта оперуполномоченного от 24 июня 2016 года, который послужил поводом для возбуждения уголовного дела, основанием для осмотра указанного дома послужила некая информация оперативная характера, поступившая 16 июня 2016 года, о незаконном хранении в заброшенном доме наркотических средств.

16 июня 2016 года в период с 15 часов 25 минут до 15 часов 55 минут в ходе осмотра места происшествия наркотическое средство было обнаружено и изъято.

Установив данные обстоятельства, апелляционный суд указал, что иного источника информации о том, что в заброшенном доме, в котором никто не проживает, хранится наркотическое средство, в материалах дела нет.

Указывая, что данные обстоятельства не проверены судом и исследованным доказательствам не дана надлежащая оценка, апелляционный суд принял решение об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое рассмотрение в тот же суд, при котором суду следовало принять законное решение «поскольку в соответствии с примечанием к ст. 228 УК РФ лицо, совершившее преступление, предусмотренное данной статьей, добровольно сдавшее наркотические средства и активно способствовавшее раскрытию преступлений, связанных с незаконным оборотом указанных средств, освобождается от уголовной ответственности за данное преступление».

При этом апелляционный суд указал, что нарушения закона, допущенные судом, не могут быть устранены в апелляционном порядке, но не указал, что препятствовало исследовать приведенные доказательства, дать им надлежащую оценку и принято новое решение в апелляционном порядке.

(апелляционное определение № 22-7682-2016 от 5 декабря 2016 года). (судья Бондаренко Е.В.).

Таким же примером является апелляционное определение судебной коллегии от 16 ноября 2016 года, которым отменен приговор Искитимского районного суда Новосибирской области от 8 июля 2016 года.

Данным приговором П. был осужден по ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Отменяя приговор, судебная коллегия указала, что суд не дал должной оценки показаниям потерпевшей Л., не проверив их по правилам ст. 87 и ст. 88 УПК РФ.

Кроме того, к нарушениям требований ст. 307 УПК РФ судебная коллегия отнесла и то, что суд первой инстанции «необоснованно отказал стороне защиты» в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе матери потерпевшей, а также об исследовании диска с аудиозаписью телефонных переговоров между потерпевшей Л. и осужденным П.

Существенным нарушением, которое повлекло постановление необоснованного приговора, судебная коллегия признала и то, что суд не назначил и не провел судебную психолого-психиатрическую экспертизу потерпевшей.

Указанные нарушения апелляционный суд признал неустранимыми в апелляционном порядке, и, отменив приговор, направил уголовное дело на новое рассмотрение. При этом апелляционный суд также не указал причины, которые препятствовали ему назначить экспертизу, оценить имеющиеся в деле доказательства и принять новое решение.

(апелляционное определение № 22-6432-2016 от 16 ноября 2016 года). (судья Павлова Т.В.).

Еще одним примером признания существенных нарушений неустранимыми в апелляционном порядке является апелляционное определение судебной коллегии Новосибирского областного суда от 1 августа 2016 года, которым отменен приговор Кировского районного суда города Новосибирска от 4 мая 2016 года.

Данным приговором У. осуждена по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы за то, что 3 октября 2015 года она умышленно причинила тяжкий вред здоровью М., опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Отменяя приговор, апелляционный суд указал, что выводы суда первой инстанции о том, что У. не находилась в состоянии необходимой обороны либо при превышении ее пределов, являются преждевременными, так как суд не учел последовательные показания У. о том, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью М. она не имела, и совершила свои действия, защищаясь от его нападения, то есть находилась в состоянии необходимой обороны. Эти показания подтверждены показаниями свидетелей по делу. Кроме того, заключение судебно-медицинского эксперта не содержит ответа на вопрос могли ли обнаруженные телесные повреждения образоваться у потерпевшего при указанных им обстоятельствах. Однако, суд не проверил показания осужденной У. путем сопоставления их с другими доказательствами, и путем получения новых доказательств.

Кроме того, существенным нарушением закона судебная коллегия признала и то, что суд не провел следственный эксперимент для проверки версии осужденной и не назначил ситуационную экспертизу.

Допущенные нарушения уголовно-процессуального закона апелляционный суд признал существенными, которые не могут быть устранены судом апелляционной инстанции, в связи с чем приговор был отменен, а уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда, со стадии судебного разбирательства.

Однако, причин в силу которых апелляционный суд не может устранить допущенные нарушения — проверить показания осужденной, сопоставить их с совокупностью других доказательств, провести эксперимент и назначить необходимую экспертизу, апелляционный, суд в определении не указал.

(апелляционное определение № 22-4830-2016 от 1 августа 2016 года). (судья Волосская И.И.).

Аналогичным примером является апелляционное определение судебной коллегии от 22 мая 2017 года, которым отменен приговор Заельцовского районного суда города Новосибирска от 12 декабря 2016 года.

Из апелляционного решения следует, что С. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ.

Рассмотрев дело по существу, суд первой инстанции исключил из обвинения С. ссылку следствия на то, что он «резко, придавая усилие к весу своего собственного тела, прыгал своим телом на потерпевшего Б.» и переквалифицировал его действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Отменяя данный приговор, судебная коллегия указала, что исключив из обвинения приведенные действия осужденного, суд «какого-либо обоснования этому в приговоре не привел».

Кроме того, судебная коллегия указала, что суд не проверил версию осужденного «о возможности образования телесных повреждений у потерпевшего в области грудной клетки при обстоятельствах, указанных С., не обсудил вопросы о проведении следственного эксперимента для проверки версии С., необходимости назначения ситуационной судебно-медицинской экспертизы, перед которой были бы поставлены вопросы о возможности причинения телесных повреждений при обстоятельствах, указанных С., о допросе судебно-медицинского эксперта, и не выяснил надлежащим образом антропометрические данные С. и потерпевшего – рост, вес, телосложение».

Приведенные нарушения признаны неустранимыми, и, отменив приговор, судебная коллегия направила уголовное дело на новое рассмотрение, также не указав почему не имела возможности проверить версию осужденного, провести следственный эксперимент, назначить экспертизу, допросить эксперта и установить рост, вес и телосложения осужденного и потерпевшего

(апелляционное определение № 22-1993-2017 от 22 мая 2017 года). (судья Волосская И.И.).

Апелляционным определением судебной коллегии от 25 января 2016 года отменен приговор Искитимского районного суда от 18 ноября 2015 года.

Указанным приговором суда З. был осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Признавая приговор суда необоснованным и незаконным, и отменяя его, апелляционный суд указал, что суд не дал оценки показаниям осужденного, который вину в совершении преступления не признавал, и адвокат просил его оправдать. Выводы о квалификации действий осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ суд не мотивировал.

Помимо этого нарушения, апелляционный суд также указал, что органом предварительного следствия осужденный обвинялся в том, что 3 июня 2015 года между осужденным З. и его отцом — потерпевшим З.В. возникла ссора, в ходе которой сначала З.В. ударил осужденного ножом, а затем З. забрал у него нож и нанес этим ножом отцу удар в область грудной клетки, причинив потерпевшему тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Однако суд первой инстанции вышел за рамки предъявленного обвинения и в приговоре указал, что после ссоры с отцом «З. вышел из дома, нашел в ограде лом из металла и вернулся с ним в дом. З.В. в этот момент находился на кухне, увидев у сына лом, он выхватил его из рук и лом упал на пол. После этого З.В. взял лежащий на холодильнике нож и нанес его клинком один удар в область правого бедра З. В этот момент у З. возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью З.В., реализуя который, он забрал нож у отца и нанес им один удар клинком ножа в грудную клетку, причинив телесное повреждение, повлекшее смерть».

Как установил суд, обстоятельства, связанные с ломом, не указывают на признаки более тяжкого преступления и не увеличивают объем обвинения.

Между тем, судебная коллегия указала, что «вмененное судом дополнение в обвинении ухудшило положение осужденного и повлекло нарушение права на защиту».

Таким образом, ссылаясь на то, что суд не дал оценки показаниям осужденного, свои выводы о квалификации действий осужденного по ч. 4 ст. 111 УК РФ не мотивировал, и ухудшил его положение, апелляционный суд пришел к выводу об отмене приговора и направлении уголовного дела в тот же суд на новое рассмотрение, не указав при этом что препятствовало судебной коллегии дать оценку показаниям осужденного, описать фабулу преступления в соответствии с установленными обстоятельствами и мотивировать выводы о квалификации действий З.

(апелляционное определение № 22-122-2016 от 25 января 2016 года). (судья Горетая Л.П.).

Апелляционным определением от 19 июля 2017 года отменен приговор Заельцовского районного суда города Новосибирска от 29 марта 2017 года, которым А. и Б. были осуждены по п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Из определения следует, что А. и Б. были признаны судом виновными в том, что 6 мая 2016 года открыто похитили имущество потерпевшего Г., группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, при этом А. признал себя виновным частично, а Б. вину не признал, ссылаясь на то, что во время событий преступления он находился в другом месте.

Проверив доводы апелляционного представления государственного обвинителя и жалоб осужденного и адвоката, апелляционный суд указал, что суд первой инстанции не проверил доводы осужденного Б. об алиби, в частности не допросил лиц, проживавших совместно с осужденным, работников молочной кухни, на пребывание в которой осужденный ссылался, а также огласил показания свидетеля К., не допросив его в судебном заседании, тогда как его показания имели существенное значение для разрешения дела по существу.

Учитывая приведенные обстоятельства, апелляционный суд, отменив приговор, направил уголовное дело на новое рассмотрение, указав, что допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона не могут быть устранены в апелляционном порядке.

При этом апелляционный суд так же как и вышеприведенных случаях не указал оснований которые препятствовали дать оценку показаниям осужденного, допросить в качестве свидетелей лиц, проживающих с осужденным, работников молочной кухни и надлежащим образом исследовать показания свидетеля К.

(апелляционное определение № 22-3679-2017 от 19 июля 2017 года). (судья Зыкин С.В.).

в) О противоречивости, возникающей в практике апелляционного суда, свидетельствуют также еще два примера.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора суд должен указать вид и размер наказания, назначенного подсудимому за каждое преступление, в совершении которых он признан виновным.

Отсутствие такой ссылки в приговоре является существенным нарушением уголовно-процессуального закона о структуре, реквизитах и содержании итоговых уголовно-процессуальных документов.

Примером такого нарушения закона является приговор Тогучинского районного суда Новосибирской области от 14 июня 2016 года, которым Ч. осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 1 год с возложением обязанности не менять место жительства без согласия специализированного государственного органа.

Проверив приговор на предмет законности, обоснованности и справедливости, апелляционный суд отменил его, указав, что в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничение свободы заключается в установлении судом осужденному ограничений и возложении на него обязанностей. При этом установление судом осужденному ограничений на изменение места жительства или пребывания, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования является обязательным.

Между тем, определив осужденному Ч. основное наказание в виде ограничение свободы на срок 1 год с возложением ограничения не изменять место жительства без согласия специализированного органа, суд не назначил ему другое обязательное ограничение в виде запрета на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования.

Учитывая то, что суд фактически не назначил осужденному наказание в соответствии с требованиями уголовного закона, апелляционный суд определением от 12 декабря 2016 года отменил приговор и направил уголовное дело на новое рассмотрение, признав указанное нарушение закона неустранимым.

Вместе с тем, в материалах дела имелось апелляционное представление государственного обвинителя, в котором ставился вопрос об изменении приговора суда и назначении осужденному наказания с учетом требований закона.

Однако, судебная коллегия нашла данные доводы недостаточными для отмены приговора и постановления нового апелляционного решения.

(апелляционное определение № 22-7788-2016 от 12 декабря 2016 года). (судьи Краснова О.В., Голубченко Д.И.).

Совершенно противоположное решение было принято апелляционным судом от 28 июня 2017 года.

Приговором Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 12 апреля 2017 года Л. осужден по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Данный приговор в апелляционном порядке отменен и постановлен новый обвинительный приговор в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона.

Основанием для отмены приговора явились нарушения закона, также связанные с тем, что осужденному фактически не было назначено наказание.

В обоснование принятого решения суд апелляционной инстанции указал, что приговор суда постановлен в нарушение требований статьи 297 УПК РФ, согласно которой приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, постановленном в соответствии с требованиями уголовно — процессуального закона и основанном на правильном применении уголовного закона, а также статьи 308 УПК РФ, в соответствии с которой в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны, в том числе вид и размер наказания, назначенного подсудимому за каждое преступление, в совершении которых он признан виновным, должна быть указана и окончательная мера наказания, подлежащая отбытию; и части 1 статьи 72 УК РФ, согласно которой сроки наказания в виде лишения свободы исчисляются в месяцах и годах.

Однако при назначении Л. наказания по совокупности преступлений в порядке ч. 2 ст. 69 УК РФ суд не конкретизировал размер назначаемого наказания в виде лишения свободы, указав срок наказания – 1 (один) 10 (десять) месяцев.

Допущенные нарушения апелляционный суд, в отличие от предыдущего примера, признал устранимыми путем постановления нового обвинительного приговора, отменил приговор суда, постановил новый апелляционный приговор, которым назначил осужденному наказание в соответствии с требованиями закона.

(апелляционный приговор № 22-3104-2017 от 28 июня 2017 года). (судьи Борзицкая М.Б., Прокопова Е.А.).

Таким образом, обобщение практики Новосибирского областного суда по рассмотрению уголовных дел в апелляционном порядке за 2016 год и 10 месяцев 2017 года показало, что по наибольшей части вопросов, возникающих при рассмотрении уголовных дел, судебная коллегия имеет единые взгляды и понимание и вырабатывает единообразную практику.

Однако в настоящее время имеются еще спорные вопросы в области правоприменительной апелляционной практики, в том числе в части признания нарушений закона устранимыми либо неустранимыми в условиях апелляционного рассмотрения дела.

В связи с этим для формирования единой практики предлагается обсудить настоящее обобщение и поставленные в нем спорные вопросы на совещании судей апелляционной инстанции Новосибирского областного суда для выработки единообразного понимания и применения норм закона в условиях применяемого института апелляции.

Судьи Новосибирского областного суда — Свинтицкая Г.Я., Титова Т.В.