Право подлежащее применению к уступке требования

31.03.2018 Выкл. Автор admin

Статья 1216. Право, подлежащее применению к уступке требования

1. Право, подлежащее применению к соглашению между первоначальным и новым кредиторами об уступке требования, определяется в соответствии с правилами настоящего Кодекса о праве, подлежащем применению к договору.

2. Допустимость уступки требования, отношения между новым кредитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором, вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником определяются по праву, подлежащему применению к требованию, являющемуся предметом уступки.

Комментарий к Ст. 1216 ГК РФ

1. Настоящая статья устанавливает коллизионные нормы применительно к одному из способов перемены лиц в обязательстве — уступке требования. В ранее действовавшем законодательстве (ГК РСФСР 1964 г., Основах гражданского законодательства 1991 г.) подобной нормы не существовало. Однако по-прежнему в ГК РФ нет специальных норм о переводе долга. В зарубежном праве отношения, связанные с переводом долга, как правило, подчиняются праву, применимому к сделке.

Положения о перемене лиц в обязательствах содержатся и в международных договорах, в частности в Конвенции о Единообразном законе о переводном и простом векселе (Женева, 1930), в Конвенции о праве, применимом к договорным обязательствам (Рим, 1980), в Конвенции УНИДРУА по международным факторным операциям (факторингу) (Оттава, 1988), в Конвенции ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле (Нью-Йорк, 2001) и др.

Уступка требования возможна как на основании сделки, так и в силу закона и представляет собой замену кредитора в обязательстве в полном объеме требования или частичном. Исходя из п. 1 комментируемой статьи можно сделать вывод о применении ее положений к уступке требования, возникающей из договора. Совершение сделки уступки требования представляет собой исполнение цедентом возникшего из соглашения об уступке права (требования) обязательства по передаче цессионарию права (требования).

Норма п. 1 комментируемой статьи дает возможность цеденту и цессионарию право выбора, подлежащее применению к договору права. При отсутствии такового к договору применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан, т.е. право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора. Для договора уступки права это цедент. Для некоторых стран характерна коллизионная привязка к праву, применяемому к договору, требование из которого является предметом уступки, а подп. 9 п. 3 ст. 1211 ГК РФ предусматривает специальную коллизионную привязку к праву страны финансового агента применительно к договору финансирования под уступку денежного требования. В судебной практике тем не менее имеют место попытки применения норм комментируемой статьи и к этому договору, именуемому в зарубежном праве договором факторинга, с учетом даты вступления в силу части третьей ГК РФ (1 марта 2002 г.) .

———————————
Постановления ФАС Дальневосточного округа от 17 апреля 2007 г. N Ф03-А51/07-1/1122, от 27 июня и 4 июля 2006 г. N Ф03-А51/06-1/1760 по делу N А51-6886/98-8-246.

На основании п. 1 настоящей статьи согласно ст. 1215 ГК РФ определяются:

1) толкование договора;

2) права и обязанности сторон договора, кроме прав и обязанностей нового кредитора и должника;

3) исполнение договора, кроме исполнения обязательства должника перед новым кредитором;

4) последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения договора, кроме отношений между цессионарием и должником;

5) прекращение договора, кроме отношений между цессионарием и должником;

6) последствия недействительности договора.

2. В п. 2 комментируемой статьи содержатся исключения из общего правила, связанные с правом, которое применяется к уступаемому требованию, в связи с чем необходимо определить, право какой страны применяется к соответствующему обязательству. Если основанием возникновения обязательства является договор, применению подлежат нормы ст. ст. 1210 — 1214 ГК РФ. Пункт 2 настоящей статьи применяется к отношениям между новым кредитором и должником.

Допустимость уступки требования в российском законодательстве основывается на положениях ст. 383 ГК РФ, которая не допускает переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью.

Отношения между новым кредитором и должником, в частности объем уступленного права (ст. ст. 384, 388 ГК), возможность должника предъявлять против нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора (ст. 386 ГК), порядок уведомления новым кредитором должника и др.

3. Форма уступки требования (ст. 389 ГК) определяется в соответствии со ст. 1209 ГК РФ, согласно которой форма сделки подчиняется праву места ее совершения. Аналогичное положение содержится во французском праве. Законодательство Швейцарии требует простую письменную форму, а немецкое не предусматривает специальных требований. В Конвенция ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле 2001 г. форма сделки определяется в зависимости от того, заключен ли договор об уступке между цедентом и цессионарием, находящимися в одном государстве либо в разных государствах, форма этого договора определяется с использованием коллизионных привязок к «праву, регулирующему договор», «праву страны места его заключения» либо «праву одного из государств» .

———————————
Конвенция ООН об уступке дебиторской задолженности (Нью-Йорк, 12 декабря 2001 г.).

См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части третьей (постатейный) / Под ред. Н.И. Марышевой, К.Б. Ярошенко. М.: Контракт; ИНФРА-М, 2004.

4. Важный вывод относительно взаимосвязи договора цессии и предусмотренной в основном договоре арбитражной оговорки сделан в п. 15 информационного письма Президиума ВАС РФ от 16 февраля 1998 г. N 29 «Обзор судебно-арбитражной практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц» . Арбитражный суд оставляет без рассмотрения иск в случае цессии тогда, когда основной договор, по которому состоялась уступка права требования, содержал третейскую запись о передаче споров по сделке в международный коммерческий арбитраж.

———————————
Вестник ВАС РФ. 1998. N 4.

Предъявляя иск в арбитражный суд Российской Федерации, цессионарий считал, что арбитражная оговорка как соглашение сторон является самостоятельным, не зависящим от основного договора условием и имеет не материально-правовой, а процессуальный характер, поэтому не могла быть передана ему по договору цессии.

Согласно ст. 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором.

Анализ указанной нормы и заключенного между сторонами договора цессии, которым предусмотрена также уступка права на предъявление исков, позволял сделать следующие выводы:

— предъявление иска в защиту нарушенных прав представляет собой одну из составных частей содержания права требования, перешедшего к новому кредитору;

— сохранение ранее установленного сторонами порядка разрешения споров не ущемляет прав цессионария и позволяет обеспечить надлежащую защиту интересов должника.

5. Срок исковой давности по договорам уступки требования и перевода долга устанавливается в соответствии со ст. 1208 ГК РФ, согласно которой исковая давность определяется по праву страны, подлежащему применению к соответствующему отношению. В соответствии со ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Статья 1216. Право, подлежащее применению к уступке требования

Комментарий к статье 1216 ГК РФ

Комментируемая статья определяет право, подлежащее применению к уступке требования. Ни в Основах гражданского законодательства СССР, ни в ГК РСФСР соответствующие коллизионные нормы не содержались. Положения данной статьи аналогичны положениям статьи 14 “Уступка требования” Регламента ЕС о праве, применимом к договорным обязательствам (“Рим I”), согласно § 3 которой понятие “уступка” в значении данной статьи включает простую передачу требования, передачу требования на основании поручительства, а также залог или другие виды обеспечения исполнения требования.

В соответствии с п. 1 комментируемой статьи при определении права, подлежащего применению к соглашению между первоначальным и новым кредиторами об уступке требования, подлежат применению правила ГК РФ о праве, подлежащем применению к договору. Такая же коллизионная норма содержится в § 1 ст. 14 Регламента ЕС о праве, применимом к договорным обязательствам (“Рим I”): отношения между цедентом (лицом (кредитором), уступающим свое право (требование) по обязательству к другому лицу) и цессионарием (лицом, которому прежний кредитор (цедент) уступает свое право требования по соответствующему обязательству) при уступке требования к другому лицу (“должнику”) регулируются правом, которое согласно данному Регламенту подлежит применению к договору между цедентом и цессионарием.

В прежней (первоначальной) редакции п. 1 комментируемой статьи отсылка была сделана не к правилам ГК РФ о праве, подлежащем применению к договору, а к пунктам 1 и 2 ст. 1211 “Право, подлежащее применению к договору при отсутствии соглашения сторон о выборе права” комментируемой главы. Изменение внесено Федеральным законом от 30 сентября 2013 г. N 260-ФЗ, которым названная статья изложена полностью в новой редакции.

Пункт 2 комментируемой статьи устанавливает, что право, подлежащее применению к требованию, являющемуся предметом уступки, определяет допустимость уступки требования, отношения между новым кредитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором, вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником (в данный пункт внесены изменения Федеральным законом от 30 сентября 2013 г. N 260-ФЗ, но они не носят значимый характер). Подобным образом в § 2 ст. 14 Регламента ЕС о праве, применимом к договорным обязательствам (“Рим I”), предусмотрено, что право, которое регулирует уступаемое требование, определяет возможность уступки этого требования, отношения между цессионарием и должником, условия юридической действительности уступки для должника и возможность утраты требованием силы в результате исполнения обязательства должником.

В российском праве общие положения об уступке требования закреплены в § 1 “Переход прав кредитора к другому лицу” гл. 24 “Перемена лиц в обязательстве” части первой ГК РФ. Как предусмотрено в п. 1 ст. 382 названного параграфа, право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона; правила о переходе прав кредитора к другому лицу не применяются к регрессным требованиям. Право, подлежащее применению к переходу прав кредитора к другому лицу на основании закона, определяется в соответствии со статьей 1216.1, введенной в комментируемую главу Федеральным законом от 30 сентября 2013 г. N 260-ФЗ (см. указанную статью и коммент. к ней).

Другие публикации:  Перерасчет пенсий в январе

Пункт 5 Обзора Президиума ВАС России практики рассмотрения дел с участием иностранных лиц содержит рекомендацию, согласно которой при уступке прав требования из договора, в отношении споров из которого было заключено пророгационное соглашение (соглашение, определяющее подсудность споров, могущих возникнуть между сторонами внешнеторговых сделок), последнее сохраняет свою юридическую силу для должника и нового кредитора.

Статья 1216. Право, подлежащее применению к уступке требования

1. Право, подлежащее применению к соглашению между первоначальным и новым кредиторами об уступке требования, определяется в соответствии с правилами настоящего Кодекса о праве, подлежащем применению к договору.

2. Допустимость уступки требования, отношения между новым кредитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором, вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником определяются по праву, подлежащему применению к требованию, являющемуся предметом уступки.

Статья 1216. Право, подлежащее применению к уступке требования

1. Право, подлежащее применению к соглашению между первоначальным и новым кредиторами об уступке требования, определяется в соответствии с правилами настоящего Кодекса о праве, подлежащем применению к договору.

2. Допустимость уступки требования, отношения между новым кредитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором, вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником определяются по праву, подлежащему применению к требованию, являющемуся предметом уступки.

Комментарий к статье 1216 Гражданского Кодекса РФ

1. Коммент. ст., устраняя имевший ранее место пробел в российском законодательстве, регулирует коллизионные вопросы, возникающие в связи с уступкой требования.

При ее формулировании отечественным правопорядком были непосредственно восприняты предписания Римской конвенции 1980 г. (ст. 12), а также ряда зарубежных законодательств (в частности, ст. 33 Вводного закона к ГГУ, ст. 145 швейцарского Закона 1987 г. «О международном частном праве»).

Используемый в коммент. ст. подход к решению коллизионных вопросов, связанных с уступкой требования, соответствует современной международной практике. В частности, аналогичные предписания содержатся в настоящее время в ст. 14 Регламента ЕС «Рим I».

2. Уступка (цессия) представляет собой договор, посредством которого кредитор (цедент) передает принадлежащее ему требование другому лицу (цессионарию).

Уступку требования необходимо отличать от договора, лежащего в ее основании (купли-продажи, дарения и др.) (см. п. 1 письма ВАС N 120). Последний лишь создает обязанность передать требование (является обязательственной сделкой), но не переносит это требование автоматически на другое лицо. Непосредственная передача осуществляется посредством самостоятельного волевого акта — договора цессии, носящего характер распорядительной сделки (см.: Гражданское право: Учеб.: В 3 т. / Под ред. А.П. Сергеева. М., 2008. Т. 1. С. 824 — 825 (автор главы — А.А. Павлов)).

3. Пункт 1 коммент. ст. посвящен вопросу определения права, подлежащего применению к «соглашению между первоначальным и новым кредиторами об уступке требования». Указанное выражение является не совсем корректным. Однако с учетом предписаний ст. 12 Римской конвенции 1980 г., явившихся, как указывалось, прообразом коммент. ст., становится очевидным, что в п. 1 коммент. ст. имеется в виду обязательственный договор — договор, который лежит в основании уступки требования. Сказанное подтверждается и анализом положений ст. 1215 ГК, которая включает в сферу действия права, применимого к этому «соглашению», элементы, характерные именно для обязательственных договоров (права и обязанности сторон договора, его исполнение, а также последствия его неисполнения или ненадлежащего исполнения).

4. При определении права, подлежащего применению к договору, лежащему в основании уступки, п. 1 коммент. ст. отсылает к общим нормам п. п. 1 и 2 ст. 1211 ГК (см. коммент. к ним). Как следствие, стороны могут сами выбрать право, подлежащее применению к их правам и обязанностям по такому договору (см. ст. 1210 ГК и коммент. к ней). В отсутствие соглашения о применимом праве вопрос решается на основании коллизионной привязки к праву страны, с которой договор наиболее тесно связан. По общему правилу таковым признается право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора (п. 2 ст. 1211 ГК). Определение стороны, осуществляющей исполнение, имеющее решающее значение, для обязательственного договора, лежащего в основании уступки, производится по правилам ст. 1211 ГК, в том числе с учетом установленных презумпций. Так, при продаже права требования к отношениям сторон подлежит применению право страны продавца, при дарении — право страны дарителя. Вместе с тем допускаются и иные решения, принимаемые в зависимости от условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела (см. п. 3 ст. 1211 ГК и коммент. к нему).

5. На основе права, применимого к договору, лежащему в основании цессии, определяются в том числе права и обязанности сторон (в частности, обязанности по передаче требования и его оплате при купле-продаже), их ответственность за неисполнение обязательств, последствия недействительности договора (см. ст. 1215 ГК и коммент. к ней).

Форма указанного обязательственного договора определяется в соответствии с положениями ст. 1209 ГК (см. коммент. к ней).

6. Предписания п. 2 коммент. ст. посвящены непосредственно договору уступки, а также его правовым последствиям.

Законодатель учитывает, что действие уступки состоит не в возникновении нового требования, а в переходе к другому лицу (цессионарию) требования, принадлежащего кредитору (цеденту). Требование цессионария базируется на существовавшем требовании цедента, производно от него в своем объеме и условиях осуществления. Цессия также не изменяет правового положения должника. Замена кредитора не влечет сама по себе и перемены права, регулирующего данные отношения. Напротив, цессионарий, вступая в отношения с должником, попадает в оговоренных пределах в сферу действия права, применимого к уступленному требованию. Соответственно, взаимоотношения должника и нового кредитора определяются правом, которому подчиняется передаваемое требование. Согласно предписаниям этого же права определяется и сама возможность уступки (п. 2 коммент. ст.).

Если требование, являющееся предметом цессии, вытекает из договора, применимое право определяется на основании предписаний ст. 1211 ГК (см. коммент. к ней). В случае, когда уступаемое требование носит внедоговорный характер, определение применимого права производится с помощью иных правил гл. 68 ГК (например, ст. ст. 1219 или 1223 ГК (см. коммент. к ним)).

7. Допустимость уступки требования связана с выяснением того, какие правила относительно способности требования к цедированию установлены соответствующими нормами применимого права.

Если применению подлежит российское право, следует иметь в виду провозглашенный п. 1 ст. 388 ГК общий принцип уступаемости любого права обязательственного характера независимо от основания его возникновения. Исключения из указанного принципа могут быть установлены законом (иными правовыми актами), соглашением сторон либо вытекать из природы соответствующих требований. Так, ст. 383 ГК предусматривает запрет уступки требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (так называемых высокоперсонифицированных требований). В отдельных случаях закон хотя и допускает цессию требования как таковую, но существенно ограничивает ее возможность установлением определенных условий такой уступки. Например, в силу п. 2 ст. 589 ГК требования из договора постоянной ренты могут быть уступлены только гражданам, а также некоммерческим организациям, если это соответствует целям их деятельности. Согласно п. 2 ст. 388 ГК уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника, не допускается без согласия последнего.

8. В соответствии с правом, подлежащим применению к уступаемому требованию, определяются отношения между новым кредитором и должником (п. 2 коммент. ст.). Указанная формулировка включает, в частности: момент приобретения требования цессионарием и его объем; возможность должника приводить против требования цессионария возражения, а равно круг и характер таких возражений; право должника на зачет; возможность должника требовать компенсации дополнительных расходов, вызванных уступкой; судьбу акцессорных и других прав, связанных с уступленным требованием.

В связи с определением отношений между цессионарием и должником практическую важность имеет вопрос о судьбе заключенных между цедентом и должником третейских (арбитражных) соглашений, а также соглашений об изменении подсудности относительно споров, связанных с уступленным требованием. В случаях применения российского права судебная практика признает, что к условиям, на которых права первоначального кредитора переходят к новому кредитору, может быть отнесено также условие об избрании определенного арбитража для разрешения возможных споров между участниками договора (см.: Постановление Президиума ВАС от 17 июня 1997 г. N 1533/97; п. 15 письма ВАС N 29).

9. Право, которому подчиняется передаваемое требование, определяет также условия, при которых уступленное требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором (например, необходимость уведомления должника о состоявшейся уступке, представление ему специальных доказательств прав нового кредитора), и вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником (например, возможность должника освободиться от долга исполнением первоначальному кредитору).

10. Коммент. ст. регулирует только коллизионные вопросы, возникающие в связи с уступкой, т.е. передачей требования посредством договора. Она совершенно не затрагивает коллизионных вопросов суброгации как перехода требования на основании нормативного предписания при наступлении указанных в нем обстоятельств (см. ст. 387 ГК). Суброгация имеет основанием предоставление третьего лица кредитору, соответствующее исполнению, которое обязан произвести должник. Переход требования к третьему лицу происходит в размере удовлетворения кредитора. В отечественном законодательстве суброгация регулируется, в частности, в п. 2 ст. 313, ст. 365, абз. 4 ст. 387, ст. 965 ГК.

Решение коллизионных вопросов суброгации содержится, в частности, в ст. 33 (3) Вводного закона к ГГУ и ст. 15 Регламента ЕС «Рим I». Согласно указанным предписаниям право, применяемое к обязательству третьего лица, определяет, может ли и в какой мере такое третье лицо осуществить против должника те права, которые кредитор имел против должника в соответствии с правом, регулирующим их отношения.

С позиций отечественного коллизионного права в решении данного вопроса могут возникать определенные сложности. Вопросы суброгации связаны с исполнением как обязательств должника, так и обязательств третьего лица, а потому могут подпадать под действие различных правопорядков. Для устранения подобной неопределенности целесообразнее было бы прямо закрепить в ГК специальное правило, взяв за основу международный опыт.

Другие публикации:  Пособие на первого ребенка 2018 году

11. Действующее законодательство не формулирует специальных коллизионных норм для перевода долга. Договор о переводе долга представляет собой соглашение между должником («первоначальным должником») и другим лицом («новым должником»). При этом договор о переводе долга необходимо отграничивать от договора, лежащего в его основании, например консенсуального договора дарения. Последний лишь создает обязанность принять на себя долг (является обязательственной сделкой), но не переводит этот долг автоматически на другое лицо (контрагента) (подробнее см.: Агарков М.М. Перевод долга // Избранные труды по гражданскому праву: В 2 т. Т. II. С. 118 — 119; Павлов А.А. Перевод долга // Очерки по торговому праву. Вып. 14. Ярославль, 2007. С. 54).

В отсутствие специального регулирования право, применимое к отношениям сторон по договору, лежащему в основании перевода долга, определяется в соответствии с общими правилами ст. 1211 ГК (см. коммент. к ней). Так, если сторонами не достигнуто соглашение о выборе права, применимым является право, с которым данный договор наиболее тесно связан (например, право страны дарителя, как стороны, осуществляющей характерное исполнение).

Сам же договор о переводе долга, его допустимость, условия и порядок совершения будут подчиняться праву страны, с которой гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, наиболее тесно связано (п. 2 ст. 1186 ГК). С учетом того что перевод долга влечет замену стороны (должника) в существующем обязательстве, таким правом, видимо, будет право, регулирующее это обязательство.

Право подлежащее применению к уступке требования

  • Автострахование
  • Жилищные споры
  • Земельные споры
  • Административное право
  • Участие в долевом строительстве
  • Семейные споры
  • Гражданское право, ГК РФ
  • Защита прав потребителей
  • Трудовые споры, пенсии
  • Главная
  • Статья 1216 ГК РФ. Право, подлежащее применению к уступке требования

Гражданский кодекс Российской Федерации:

Статья 1216 ГК РФ. Право, подлежащее применению к уступке требования

1. Право, подлежащее применению к соглашению между первоначальным и новым кредиторами об уступке требования, определяется в соответствии с правилами настоящего Кодекса о праве, подлежащем применению к договору.

2. Допустимость уступки требования, отношения между новым кредитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором, вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником определяются по праву, подлежащему применению к требованию, являющемуся предметом уступки.

Вернуться к оглавлению документа: Гражданский кодекс РФ часть 3 в действующей редакции

Статья 1216 ГК РФ. Право, подлежащее применению к уступке требования

Новая редакция Ст. 1216 ГК РФ

1. Право, подлежащее применению к соглашению между первоначальным и новым кредиторами об уступке требования, определяется в соответствии с правилами настоящего Кодекса о праве, подлежащем применению к договору.

2. Допустимость уступки требования, отношения между новым кредитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором, вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником определяются по праву, подлежащему применению к требованию, являющемуся предметом уступки.

Комментарий к Ст. 1216 ГК РФ

Арбитражный суд оставляет без рассмотрения иск на основании пункта 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае цессии тогда, когда основной договор, по которому состоялась уступка права требования, содержал третейскую запись о передаче споров по сделке в международный коммерческий арбитраж (приложение к информационному письму Президиума ВАС РФ от 16.02.1998 N 29).

Другой комментарий к Ст. 1216 Гражданского кодекса Российской Федерации

1. Комментируемая статья регулирует коллизионные вопросы, возникающие в связи с уступкой требования. Под уступкой требования или цессией понимается передача принадлежащего кредитору (цеденту) права (требования) другому лицу (цессионарию) по соглашению между ними (см. ст. 382 ГК РФ).

При цессии возникают отношения между первоначальным и новым кредиторами, а также отношения нового кредитора с должником, которые нуждаются в согласованном коллизионном урегулировании. Именно на это направлена комментируемая статья.

Комментируемая статья не имеет аналога в ранее действовавшем законодательстве (Основы гражданского законодательства 1961 г. и 1991 г.). При ее формулировании учитывались положения Римской конвенции 1980 г. (ст. 12).
———————————
Ведомости СССР. 1961. N 50. Ст. 526; Свод законов СССР. 1990. Т. 10. С. 133; СЗ РФ. 2002. N 46. Ст. 4531.

Комментируемая статья устраняет имевший ранее место пробел в российском законодательстве и позволяет внести большую ясность в регулирование соответствующих отношений.

2. Из п. 1 комментируемой статьи вытекает, что определение права, подлежащего применению к соглашению об уступке требования между первоначальным и новым кредиторами, предполагает постановку коллизионного вопроса. Установление применимого к такому соглашению права производится в соответствии с п. 1 и 2 ст. 1211 ГК, т.е. на основе общих коллизионных норм, касающихся договоров.

Из упомянутых норм можно заключить, что стороны вправе выбрать право, распространяющееся на их соглашение об уступке требования (см. также ст. 1210 ГК РФ). Если данный выбор сторонами не сделан, применимо право страны, с которой соглашение об уступке требования наиболее тесно связано. Коль скоро иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, таковым признается право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора. Как представляется, исполнение, имеющее решающее значение для содержания соглашения о цессии, как общее правило, осуществляет цедент, уступающий определенные права цессионарию. Вместе с тем правило п. 2 ст. 1211 ГК носит достаточно гибкий характер и, например, из совокупности обстоятельств дела может следовать иное.

Применение п. 2 ст. 1211 ГК может приводить к тому, что соглашение о цессии и названные в п. 2 комментируемой статьи отношения будут регулироваться правом одного и того же государства, но может и не влечь подобного результата.

3. Что касается круга вопросов, которые подлежат разрешению на основе права, применимого к соглашению о цессии, то они в общем виде определены в ст. 1215 ГК (см. коммент. к ней). По указанному праву определяются, в том числе, права и обязанности цедента и цессионария в отношениях друг с другом, взаимная ответственность названных сторон, последствия для них недействительности цессии и т.д. Допустимость уступки требования, как указано в п. 2 комментируемой статьи, определяется по праву, применимому к уступаемому требованию.

Форма соглашения об уступке требования определяется по правилам ст. 1209 ГК.

4. В п. 2 комментируемой статьи названы вопросы, которые определяются по праву, подлежащему применению к требованию, являющемуся предметом уступки.

В основе уступки требования лежат конкретные отношения, из которых оно возникло и которые регулируются соответствующим законодательством. Стороной этих отношений продолжает оставаться должник. Замена кредитора не влечет сама по себе перемены права, регулирующего данные отношения. Напротив, новый кредитор, вступая в отношения с должником вместо выбывшего кредитора, попадает в оговоренных пределах в сферу действия права, применимого к уступленному требованию.

Требование, являющееся предметом уступки, может возникать как из договорных, так и из внедоговорных отношений (например, причинения вреда, неосновательного обогащения).

По праву, применимому к требованию, являющемуся предметом цессии, определяется уже упоминавшаяся выше допустимость уступки требования. Так, по российскому законодательству не разрешен переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора (см. ст. 383 ГК РФ). Допустимость уступки может быть обусловлена в законе наличием на нее согласия должника (см. п. 2 ст. 382, ст. 388 ГК РФ). Ссылки на материальные нормы российского законодательства даются в данном контексте как иллюстративный пример возможной позиции применимого права.

Кроме того, применимым к требованию правом регулируются отношения между новым кредитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором (например, представление должнику доказательств перехода требования), вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником.

Доказательства перехода требования могут предоставляться и прежним кредитором. Так, при отсутствии соответствующего уведомления должника о цессии исполнение им обязательства первоначальному кредитору может считаться надлежащим (см. п. 3 ст. 382, ст. 385 ГК РФ). Иными словами, возможны некоторые отношения между должником и первоначальным кредитором и после уступки требования, которые регулируются правом, применимым к уступленному требованию.

В надлежащих случаях, в частности при уступке требования из договорных отношений, применимым к уступленному требованию может являться право, выбранное сторонами, участвующими в договоре (см. ст. 1210 и коммент. к ней).

5. Как отмечалось выше, результатом применения комментируемой статьи может явиться вероятное (но не абсолютно обязательное) регулирование отношений, указанных в п. 1 и 2 комментируемой статьи, правом различных государств. Вместе с тем первоначальный и новый кредиторы при желании могут избрать в качестве применимого к их соглашению о цессии право той же страны, которое распространяется на уступленное требование и действует, в том числе, и в отношениях с должником. Коль скоро допустим выбор права сторонами в отношениях, упомянутых в п. 2 комментируемой статьи, должник может дать согласие на применение иного права к уступленному требованию, например согласиться на применение того же права, которым регулируются отношения цедента и цессионария по п. 1 комментируемой статьи.

6. Специфические вопросы, связанные с уступкой требования, могут возникать в рамках различных отношений, в том числе, например, по договору о финансировании под уступку денежного требования, по договору комиссии, агентскому договору, договору о залоге, для которых в п. 3 ст. 1211 ГК установлены специальные коллизионные привязки (см. коммент. к п. 3 и 5 ст. 1211, а также ст. 355, 993, 1011, 824 — 833 ГК РФ).

Вместе с тем возможно применение соответствующих правил п. 2 комментируемой статьи и при цессии в рамках названных договоров (по крайней мере по вопросам, касающимся отношений с участием должника).

7. В результате перемены лиц в обязательстве соответствующие отношения могут перестать быть осложненными иностранным элементом, наличие которого служит основанием для применения правил разд. VI ГК (см. п. 1 ст. 1186 и коммент. к ней). Представляется, что это автоматически не означает невозможность регулирования таких отношений иностранным правом. Видимо, здесь следует исходить из наличия иностранного элемента на момент возникновения данных отношений.

В целом можно отметить, что коль скоро отношения возникли в сфере действия соответствующей правовой системы и таковое определяет содержание отношений, объем прав и обязанностей сторон, то эти содержание и объем не должны, как общее правило, зависеть автоматически от перемены субъектного состава сторон. Существует, однако, возможность отдельных исключений из данного подхода, связанная, в частности, с действием строго императивных норм (см. ст. 1192 и коммент. к ней) .
———————————
Подробнее см.: Розенберг М.Г. Международный договор и иностранное право в практике Международного коммерческого арбитражного суда. М., 2000. С. 30 — 34.

Другие публикации:  Деньги за возврат товара не поступили на карточку

Статья 1216. Право, подлежащее применению к уступке требования

1. Статья 1216 имеет целью разрешение коллизий, возникающих в связи с уступкой требования. Под уступкой требования, или цессией, понимается передача принадлежащего кредитору (цеденту) права (требования) другому лицу (цессионарию) по соглашению между ними (см.

Статья 1216 не имеет аналога в ранее действовавшем в России законодательстве, в том числе в Основах 1991 г. При ее формулировании учитывались положения Римской конвенции 1980 г. (ст. 12). Статья устраняет имевший ранее место пробел в праве и позволяет внести большую ясность в регулирование соответствующих отношений. 2.

Из пункта 1 ст. 1216 вытекает, что определение права, подлежащего применению к соглашению об уступке требования между первоначальным и новым кредиторами, предполагает постановку коллизионного вопроса. Установление применимого к такому соглашению права производится в соответствии с п. 1 и 2 ст. 1211, т.е. на основе общих коллизионных норм, касающихся договоров.

Из упомянутых норм можно заключить, что стороны вправе выбрать право, распространяющееся на их соглашение об уступке требования (см. также ст. 1210). Если такой выбор сторонами не сделан, применимо право страны, с которой соглашение об уступке требования наиболее тесно связано. Коль скоро иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, таковым признается право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора. Исполнение, имеющее решающее значение для содержания соглашения о цессии, как общее правило, осуществляет цедент, уступающий определенные права цессионарию. Вместе с тем правило п. 2 ст. 1211 носит достаточно гибкий характер, и, например, из совокупности обстоятельств дела может следовать иное.

Применение п. 2 ст. 1211 может приводить к тому, что соглашение о цессии и названные в п. 2 ст. 1216 отношения будут регулироваться правом одного и того же государства, но может и не влечь подобного результата. 3.

Круг вопросов, которые подлежат разрешению на основе права, применимого к соглашению о цессии, в общем виде определен в ст. 1215. По праву, подлежащему применению к этому соглашению в соответствии с п. 1 и 2 ст. 1211, определяются в том числе права и обязанности цедента и цессионария в отношениях друг с другом, взаимная ответственность этих сторон, последствия для них недействительности цессии и т. д. Допустимость уступки требования, как указано в п. 2 ст. 1216, определяется по праву, применимому к уступаемому требованию.

Форма соглашения об уступке требования определяется по правилам ст. 1209. 4.

В пункте 2 ст. 1216 перечислены вопросы, которые определяются по праву, подлежащему применению к требованию, являющемуся предметом уступки.

В основе уступки требования лежат конкретные отношения, из которых оно возникло и которые регулируются соответствующим законодательством. Стороной этих отношений продолжает оставаться должник. Замена кредитора сама по себе не влечет перемены права, регулирующего данные отношения. Напротив, новый кредитор, вступая в отношения с должником вместо выбывшего кредитора, попадает в сферу действия права, применимого к уступленному требованию.

Требование, являющееся предметом уступки, может возникать как из договорных, так и из внедоговорных отношений (например, из причинения вреда, неосновательного обогащения).

По праву, применимому к требованию, являющемуся предметом цессии, определяется уже упоминавшаяся выше допустимость уступки требования. Если применимым является российское право, то надо иметь в виду, что по российскому законодательству не разрешен переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора (см. ст. 383 ГК). Допустимость уступки может быть обусловлена в законе наличием на нее согласия должника (см. п. 2 ст. 382, ст. 388 ГК).

Кроме того, правом, применимым к уступленному требованию, регулируются отношения между новым кредитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором (например, необходимость представления должнику доказательств перехода требования), вопрос о надлежащем исполнении обязательства должником.

Доказательства перехода требования могут предоставляться и прежним кредитором. Так, при отсутствии соответствующего уведомления должника о цессии исполнение им обязательства первоначальному кредитору может считаться надлежащим (см. п. 3 ст. 382, ст. 385 ГК). Иными словами, возможны некоторые отношения между должником и первоначальным кредитором и после уступки требования, которые регулируются правом, применимым к уступленному требованию.

В надлежащих случаях, в частности при уступке требования из договорных отношений, применимым к уступленному требованию может быть право, выбранное сторонами, участвующими в этом договоре (см. ст. 1210). 5.

Как отмечалось выше, результатом применения ст. 1216 может явиться (но не обязательно) регулирование отношений, указанных в п. 1 и 2 ст. 1216 (в п. 1 этой статьи, с одной стороны, и в п. 2 — с другой), правом различных государств. Вместе с тем первоначальный и новый кредиторы при желании могут избрать в качестве применимого к их соглашению о цессии право той же страны, которое распространяется на уступленное требование и действует также и в отношениях с должником.

Специфические вопросы, связанные с уступкой требования, могут возникать в рамках различных отношений, в том числе, например, по договору о финансировании под уступку денежного требования, по договору комиссии, агентскому договору, договору о залоге, для которых в п. 3 ст. 1211 установлены специальные коллизионные привязки (см. комментарий к ст. 1211, а также ст. 355, 993, 1011, 824 — 833 ГК).

Вместе с тем возможно применение соответствующих правил п. 2 ст. 1216 и при цессии в рамках названных договоров (по крайней мере, по вопросам, касающимся отношений с участием должника). 7.

В результате перемены лиц в обязательстве соответствующие отношения могут перестать быть осложненными иностранным элементом, наличие которого служит основанием для применения правил раздела VI ГК (см. п. 1 ст. 1186). Представляется, что это не означает автоматически невозможность регулирования таких отношений иностранным правом. Видимо, здесь следует исходить из наличия иностранного элемента на момент возникновения данных отношений.

В целом можно отметить, что, коль скоро отношения возникли в сфере действия соответствующего права и таковое определяет содержание отношений, объем прав и обязанностей сторон, то эти содержание и объем не должны, как общее правило, зависеть автоматически от перемены субъектного состава правоотношения. Существует, однако, возможность отдельных исключений из такого подхода, связанная, в частности, с действием строго императивных норм (см. ст. 1192) .

Подробнее см. также: Розенберг М. Г. Международный договор и иностранное право в практике Международного коммерческого арбитражного суда. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2000. С. 30 — 34.

Статья 1217. Право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим из односторонних сделок 1. Статья 1217 имеет целью заменить положения, предусмотренные в п. 2 ст. 165 Основ 1991 г., применительно к односторонним сделкам. В связи с этим следует обратить внимание на то, что к договорам (двусторонним сделкам), не являющимся внешнеэкономическими, применяются положения ст. 1210 и 1211, которые, в отличие от ст. 166 Основ 1991 г., определяют применимое право в отношении любых договоров (двусторонних сделок), а не только внешнеэкономических.

В сферу действия статьи входит регулирование и внешнеэкономических сделок, коль скоро они являются односторонними. 2.

Применимость п. 2 ст. 165 Основ 1991 г. к односторонним сделкам могла вызывать определенные сомнения, учитывая, что в этом пункте предусматривалась возможность отступления от коллизионного критерия (место совершения сделки) только по соглашению сторон, которое исключается применительно к односторонним сделкам. В ч. 1 ст. 1217 установлено, что отступление от предусмотренных в ней коллизионных критериев может иметь место, если это вытекает из закона, условий или существа сделки либо из совокупности обстоятельств дела. Таким образом, внесены соответствующие уточнения (условия сделки, определяемые в одностороннем порядке) и в то же время расширена возможность для суда с учетом особенностей конкретного отношения (существа сделки либо совокупности обстоятельств дела) определить применимое право, исходя из общего критерия, использованного ГК, — наиболее тесной связи права определенной страны с отношением (см. п. 2 ст. 1186). 3.

В статье 1217 принципиально изменен коллизионный критерий — принимается во внимание при определении применимого права не место совершения сделки, а место жительства или основное место деятельности стороны, принимающей на себя обязательства по односторонней сделке. Эта новелла в значительной мере позволяет при определении применимого права устранить элемент случайности, неизбежной при использовании в качестве коллизионной привязки места совершения сделки. В то же время лицо, принимающее на себя обязательство, свободно в силу прямого указания на это в ч. 1 ст. 1217 решить этот вопрос иначе, в том числе и путем указания в условиях сделки о применении права места ее совершения, если это соответствует его интересам. 4.

Включение в ст. 1217 ч. 2, касающейся доверенности, вызвано тем, что доверенность представляет собой типичный пример односторонней сделки и соответственно к ней применимы общие правила об односторонних сделках в той мере, в какой не установлены специальные правила, относящиеся к доверенности и правоспособности лиц, выдавших ее. 5.

Положения ч. 2 ст. 1217 о сроке действия доверенности совпадают по содержанию с предписаниями п. 3 ст. 165 Основ 1991 г. Новым по сравнению с ранее действовавшим законодательством является правило о том, что основания прекращения доверенности, так же как и срок ее действия, определяются по праву страны, где была выдана доверенность. Расхождения во мнениях сторон по этим вопросам являлись предметом судебных споров. Так, в деле, упоминавшемся в п. 4 комментария к ст. 1209, приводились ссылки на положения российского права в отношении доверенности, выданной во Франции, в частности, применительно к сроку ее действия и соответственно выдвигалось требование признать ее прекращенной.